Ты станешь моей княгиней?

Но я приходил туда опять и опять, и думал... вспоминал. Иногда оставался там на ночь и мечтал о тебе. Когда желание становилось невыносимым... я помогал себе, как мальчишка... представляя тебя. У меня не было больше женщин, Даша. Ты была права – я их просто не видел. Что со мной было раньше? Привычка… просто привычные шоры на глазах…

Шло время, решались вопросы о торговле, я организовывал охрану проходящих караванов, собирал свои, принимал послов, ездил на границу княжества за племенными лошадьми. Там мне предложили на ночь дочь хозяина.

Это вызвало одно только раздражение - они хотели помешать мне вернуть тебя. Я сказал, что верен любимой женщине. Это оказалось просто. Больше мне не предлагали женщин нигде. Видимо, охрана предупреждала.

Потом мне сказал брат… что все видят в таком воздержании особую доблесть. Мужчины считают, что это гораздо труднее, чем терпеть холод и голод, и даже боль от ран. Им было любопытно – справлюсь ли я с этим труднейшим из испытаний? Кто-то спорил на это, кто-то решал проверить и свою выдержку в этом вопросе.

За ними наблюдали, интересовались. Своей верностью единственной женщине гордились те, кому удалось устоять. Над теми, кто пытался, но проявил слабость, смеялись. Я тогда не знал обо всем этом...

Все дела и встречи проходили как будто мимо меня, как в тумане. Это необходимо было делать, и я это делал. А важным было только то, что касалось тебя. Если бы тогда кто-то вернул мне тебя, потребовав отказаться от княжения, то я согласился бы на это немедленно – без тебя жизнь потеряла смысл, стала пресной и бесцветной.

Но меня вела цель - это была поездка к Хранителю. Я ждал ее, как весны. Мне приготовили маленький меховой шатер и такую же одежду. Обувь, в которой не замерзнуть. Мы продумали, как мне не умереть там с голоду – еду перебрасывали бы через границу. Только за ней пришлось бы ходить туда. Это было опасно, я мог пропустить приход старика. Но мы решили, что вряд ли он придет в темное время, поэтому за едой я должен был ходить один раз в сутки – ночью, по темноте, чтобы не пропустить его появления.

Подошел срок... Перед отъездом я на всякий случай огласил преемником на княжение брата - мало ли...?

Потом был переход через границу. Опять удар по голове, веревка, привязанная к седлу Ворона. Ему нельзя было выйти на вашу поляну… Очнувшись, я разгрузил его, отлежался и обустроил себе жилище в сугробе... это почти на самой опушке. Завалил шатер снегом, расстелил внутри шкуры.