Мёртвое сердце

Не скажу, что надеялась на маму, но такая мысль почему‑то тоже мелькала в голове. Кажется, я сошла с ума. Кто в здравом уме подумает, что хрупкая женщина сможет пробить трехметровые ворота? Если только она не на экскаваторе приехала.

– Сядь.

Я обернулась и взглянула на черноглазого мужчину, что решил мне приказывать. Я, конечно, уважаю старость, но не настолько, чтобы терпеть мужланство. Тем более он мне даже не родственник.

– Спасибо. Я постою, – ровно таким же тоном как его фраза произнесла я.

И с вызовом взглянула на тирана в красивой шкурке.

Глаза его сощурились в порыве то ли гнева, то ли неверия. Мужчина явно не привык к прямому непослушанию, о чем говорили желваки на щеках. Я отвернулась, не желая продолжать бессмысленную битву, заведомо зная о собственном проигрыше.

А в медленно оседающих клубах пыли стоял рыжий и грязный Барсик, безбашенная счастливая улыбка которого освещала сад в закатных лучах сильнее солнца.

Первым порывом было бежать сломя голову к парню, однако что‑то ощутимо резало несоответствием в моем мозгу.

Было ли это то, что он слишком быстро нашёл меня, при том, что я сама не знала где нахожусь. Или же то, что экскаватора позади него не было, а в четырёх метрах лежала громадина деревянных дверей, которые если бы упали на меня, то не оставили бы и мокрого места.

Я собралась с мыслями, села на лавку и подчёркнуто вежливо помахала Бориславу рукой. Вся троица недоумевая взглянула на немного смущенную от такого внимания меня.

Я смутилась в разы сильнее и поправила короткую ночнушку, стянув ее ниже колен.

Ну вот – я в эпицентре, а красотой не блещу. Непорядок! А, нет, постойте! Я же такая всегда. Тогда ладно.

– Белка! Сваливаем, пока я контролирую их! – закричал Барсик.

Эти не очень загадочные "их" переглянулись между собой, мол "кого ты тут контролируешь?" и взглянули на стушевавшегося парня. Я же удобнее расположилась на лавочке, закинула ногу на ногу и воззрилась на нарушителя целостности Белокаменного замка.

– Мне и тут хорошо! – ответила Бориславу, в глубине души надеясь, что ему хоть чуть‑чуть, но наваляют.

Не одной же мне отдуваться за него! В конце концов, думаю, с мамой он успел поговорить, да и директор не мог бы смолчать о моем неожиданном "удочерении". Так что, скорее всего сейчас происходит попытка бессмысленной кражи меня, а вот потом мы уже будем решать, что делать дальше и как прятать меня от полиции и международного розыска.