Княжна

Мой брат обращался со мной уважительно и бережно. Он мог быть и таким - наш Миша, он и был таким, когда я не бесила его своей глупостью и тупым упрямством. Мы подъехали на стоянку у нашего подъезда и он извинился за то, что ночевать будет не у меня. Проводил меня до квартиры, подождал, когда я запру дверь и уехал.

Эту ночь я проплакала почти всю. Меня ничего не сдерживало, а горечь и отчаяние требовали выхода. Следующие дни, кроме печали, принесли чувство наполненности душе. Я чувствовала щемящую нежность по отношению к Ромэру, вспоминая его стоящим на колене передо мной, его звенящий отчаянной решимостью голос.

Вспоминала, как он смотрелся на коне, как вызывающе и отчаянно прижимал к губам мой локон, целуя его, да много чего… Все было, как предсказал брат, даже еще хуже. Жуткое чувство потери, утраты, безнадега, страх за него, досада на себя, постоянное, сводящее с ума беспокойство… Ночи были пыткой, потому что ничто не отвлекало меня от воспоминаний и перед глазами проносились разноцветные мотыльки и стрекозы над василиском, плыл аромат утреннего чая над террасой. Терпкий запах лошадиного пота смешивался с ароматом мужского парфюма, оставшегося на моей руке, обласканной его пальцами. Я искала обрезанную им прядь и прижимала ее к щеке, почти умирая от горя.

Мама, вероятно информированная братом, звонила каждый день. Мы говорили по часу и больше об их выступлениях и покупках. О том, что меня заявили в следующую поездку, с кем они там виделись… Это немного отвлекало и возвращало меня к жизни.

Брат теперь ужинал дома каждый день, заставляя меня съесть хоть что-нибудь, наливая обязательно бокал вина «для аппетита». Его естественным образом не наблюдалось и я худела. Однажды брат подошел и обхватил мою талию пальцами:

- Что ты себе думаешь? Хочешь убить себя голодом? Ты дурнеешь, скоро начнешь болеть. Прекращай это, заставь себя есть. Это не выход. Сходи в церковь, в конце концов!

- Я хожу. Каждый день. Пою там по воскресеньям. Я разве не говорила?

- Говорила.

Я просто не знаю, что с тобой делать. Ты сама должна прекратить это.

- Так я еще не целовала платье, – усмехнулась я, – потом уже и прекращу, наверное. Остальной список можешь отметить галочкой.

- Я был в ударе. Это можешь опустить, – отвел он взгляд, – я бы посоветовал тебе забрать весь тот наряд домой и камни тоже.

Я с надеждой потянулась к нему, заглядывая в глаза.

- Я думаю – тебя скоро позовут. Просто логическое мышление, Вичка.