Варвара Спиридонова, ныне покойная

Искренне ваша, Варвара Спиридонова, ныне покойная».

Марк прочёл это письмо за утренним кофе, как и все остальные свои письма. Почта была глубоко корпоративная и сильно защищённая всевозможными фильтрами. Прочёл, хмыкнул и нажал «пожаловаться на спам».

И больше за весь день про эту ерунду не вспоминал.

Он был очень однозадачным человеком и не умел на работе думать о посторонних вещах.

Смска пришла вечером, когда Марк закидывал продукты в холодильник:

«Пожалуй, я приду завтра на ужин. Только давайте без этих ваших закидонов с вегетарианством.

P.S. У вас действительно красивый нос, знаете?»

И следом — новое сообщение:

«Вы предпочитаете блондинок или брюнеток? Впрочем, всё равно. Я надену шляпку».

Марк открыл бутылку с молоком, залпом выпил половину и задумался.

Кто-то из его бывших чудит?

Дружеский розыгрыш?

Какой-то продвинутый вирус?

Инсинуации злопыхателей?

Но у Марка не было бывших женщин, друзей и злопыхателей.

Марк это точно знал — он сам на заре своей карьеры писал вирусы.

В экспериментальных целях, само собой.

Что же, любые вопросы рано или поздно находят себе ответы.

Марк позвал собаку и поехал кататься на велосипеде.

Марк проснулся глубокой ночью — неожиданно и без всякой видимой причины (словно кто-то подул ему в лицо). Он сел в кровати, включил ноут и открыл форум с городскими происшествиями.

Двадцатилетняя студентка действительно погибла несколько недель назад. Ограждение моста было выполнено, конечно же, вне всяких нормативов.

Ни фото, ни имени девушки в интернете не было.

— Бисмарк, что скажешь? — спросил Марк у собаки.

Бисмарк ничего не ответил. Он серьёзно и почти не мигая смотрел куда-то в пустоту.

Марк был физиком и, как всякий нормальный физик, понимал, что Вселенная непостижима.

Именно так — Вселенная с большой буквы, а «бог» с маленькой.

И прямо сейчас ему было стыдно за то, что он всерьёз про это всё думал.

«Искренне ваша, Варвара Спиридонова, ныне покойная».

Каково?

Мало ему живых женщин, которые так и норовили помыть ему посуду или угостить домашней выпечкой, так ещё и покойницы атаковали.

Это было немного чересчур.

У Марка не было чувства юмора. Совсем. Абсолютно.

И ещё у него не было никакой тяги к общению с другими людьми.

Ему было абсолютно комфортно в тишине своей квартиры, с Бисмарком и кроссвордами.