Странница. Дорога домой

На расклеивание, растаивание и размазывание себя любимой по матрасу времени нет. Решимости преодолеть размякшее состояние было полно, но я не знала, за что уцепиться, чем снова склеиться себя.

Услышав звуки шевеления со стороны соседской камеры, я нехотя открыла глаза. Стоило проверить, станет ли он перевязывать раны или, может, вообще решит истечь кровью и помереть.

Мужчина потянулся к брошенной неподалёку рубашке, значит, преждевременное помирание отменялось. Его движения оставались неловкими из-за испытываемой боли и наводили на нерадостные мысли.

«Да, Дани, это не сильно похоже на то, что планировалось. Точнее, совсем не похоже».

Когда я сдавалась, то делала ставку на то, что меня трогать не станут. И тут, в общем-то, не прогадала. Но кто ж знал, что вместо меня будут пытать кого-то другого? Это же ещё додуматься до такого надо. У нормальных людей на подобное фантазии бы не хватило. Но кто сказал, что я находилась в компании адекватных?

А вообще, складывалось ощущение, что пытки — личная инициатива этого садиста, а не план их главаря.

Он ведь вначале пытался сделать вид, что это переговоры, но быстро слил их в садизм. И откуда этот молодчик только взялся на мою голову?

Почувствовав, что наконец вышла из режима варёной свеклы, я приободрилась. Во рту всё ещё ощущалась кислота после рвоты, горло саднило, да и руки, лежащие на коленях, тряслись. Но я наконец почувствовала опору — нужно сосредоточить внимание на молодчике.

Да, план накрылся медным тазом, но со мной это не впервой, стоит вспомнить Карсу.

Я ведь и не из такого навоза вылезала.

Ощутив ещё большее возрождение уверенности, я перешла на энергетический уровень. Ленты свободной энергией переливались золотом перед глазами. Значит, недопереговорщик не постоянно контролирует меня, что не удивительно. Для этого ему пришлось бы находиться поблизости. А если он снял блок, то не боится, что я сбегу, применив свободную энергию. То есть дом хорошо охранялся. Ну или он думал, что дом хорошо охранялся.

Подчас это очень отличающиеся в сути моменты. Хотя, конечно, на охрану такого эллана как я их главарь уж точно не стал бы жалеть людей.

Вместе с продуманностью некоторые действия недопереговорщика наводили на мысль о его самонадеянности. Правда серьёзно полагаться на это предположение я не собиралась, ведь засранец был ещё и умён.

И тем сильнее выбивалось из его образа то, что он помогал тем, кто хотел погубить эллинов. И элланов. И весь мир до кучи.