Последняя из своего рода (Том 1)

Всегда рядом, молчаливый, мрачный наблюдатель, черноволосый и черноглазый; всегда одетый в темное и казавшийся оттого еще бледнее. Среди ярких красок королевского двора он был уместен не более, чем нахохленный ворон в окружении сияющих тропических птиц. 

В те годы мне часто приходил в голову вопрос — почему Мервин терпит изобретательные издевки моих старших братьев, брюзгливое недовольство отца, замаскированное презрение придворных? Почему не вернется домой? Однажды я спросила его об этом, и таирт, после долгой паузы, когда стало казаться, будто меня просто не слышали, ответил:

— Спросите лучше у вашего отца, принцесса.

Именно это я не замедлила сделать.

— Он нам нужен, — с неохотой объяснил король, отодвигая очередной важный документ, понимая, что я не отстану, пока не добьюсь ответа. — Это один из лучших таиртов в стране.

— Но Мервин мог бы изготавливать артефакты дома! — воскликнула я. — Папа, разве ты не видишь, как ему плохо здесь?

— Есть вещи более важные, чем чувства отдельного… — отец сделал короткую паузу и с некоторым усилием закончил, — отдельного эль-туань.

Кроме того, его необходимо держать под присмотром.

— Почему? — удивилась я. — Разве Мервин опасен?

— Нет, — буркнул отец. — Но он полукровка. Кто знает, что он унаследовал от этих тварей?

— Не полукровка, а только на одну восьмую… Хотя нет, подожди. Если восемь поколений назад один из предков Мервина был оборотнем, то как такое смешение правильно называется?

Король взглянул на меня насмешливо:

— Если ты все спросила, девочка, может, займешься чем-нибудь другим и позволишь отцу закончить работу?

Я скорчила тогда недовольную гримасу, но ушла.

У меня, как и у отца, были свои дела помимо Мервина. Например, устроить каверзу для одного брата, свалить все на другого, а потом с визгом носиться по парку от них обоих, разобравшихся, наконец, кто истинный виновник. 

О, это безоблачное время детства!

 Мне было пятнадцать, когда мама, в наказание за очередное нарушение этикета, отправила меня в нижнюю лабораторию таиртов, младшей помощницей.

Помню, я куксилась и плакала, но переупрямить королеву не могла. Она вообще придерживалась странных понятий о правильном воспитании детей. Например, мама верила, что дополнительные занятия разными ветвями магии — самое лучшее и прогрессивное наказание, в отличие от домашнего ареста или лишения сладкого. 

Возможно, она была права.