Невесты дракона-императора

– Ну, что? Что ты чувствуешь? – торопил его дракон-император, нетерпеливо дергая за рукав.

– Сладкое, но немного кислит, – отозвался Кир.

– Тогда мы такое не хотим! На вот это скушай.

Помимо этого стола в просторном зале было еще три других, каждый был отведен под яства традиционные для одной четырех частей Визерийской Империи: Южных княжеств, Западных, Восточных и Срединных равнин. Они остановились у последнего, и надо же было так получиться, что именно этот стол оказался особенно популярен. Незаметно, словно прилив, его обступили вельможи в шелковых туниках и тяжелых бархатных мантиях и дамы с перьями и золотыми заколками в волосах.

Выбирая угощения, разложенные на золотых блюдах, все они ненароком поглядывали на дракона-императора

Кто-то наступил Киру на плащ. Покосившись, через плечо, он увидел Страта едва не упиравшегося грудью ему в спину. Старого друга он будто и не замечал, взор его был прикован к дракону-императору.

Откусив от малинового миндального пирожного крошечный кусок, Андроник Великий тщательно прожевал, поморщился отставил недоеденное угощение в сторону.

Неуловимо напоминавший крысу худощавый господин в серой, расшитой серебряной нитью мантии, быстрым, едва заметным жестом, подхватил надкусанное пирожное ,обернул его платком, и спрятал в рукаве.

Его манипуляцию приметил не один только Кир. Сестра Акулина кивнула двум высоким широкоплечим служителям и те, бережно подхватив господина в серой мантии под руки вывели его вон.

– Скажи-ка нам, о чем сейчас принято беседовать в обществе? – поинтересовался дракон-император, утолив голод.

Кир задумался, он и сам не так уж часто бывал на приемах, особенно в последний год, и все же основные темы были неизменны.

Визерийская Империя была весьма просвещенной страной и славилась своим искусством, литературой, философией и наукой, так что беседы среди образованных вельмож носили порой весьма изощренный характер.

Наука в Визерии считалась чем-то благородным и возвышенным.

Математики высчитывали сложнейшие уравнения, алхимики расщепляли материю до мельчайших частиц, а астрономы изучали далеки звезды, но никто из них и подумать не мог о том, чтобы попытаться найти для знаний практическое применение. Попытки использовать науку в быту казались чем-то вульгарным и низким, присущим лишь андалурцам. Для упрощения жизни у визерйцев было колдовство, а наука оставалась развлечением и досугом богатых господ.