Академический обмен

— Кларенс, судя по тону, уже пресытился этим разговором. — До того мне здоровье не позволяло. Последние годы я мог только лежать дома и писать статьи по теории права.

— Но если она ничего не стребовала с вас взамен, — медленно проговорил Маккорн, — то зачем она вообще это сделала?

Что ответил Кларенс, я не знаю, потому что в этот момент Венди резко встала и чуть меня не скинула. Пришлось бросить трансляцию и разобраться, что происходит.

На тропе впереди светилось что-то большое. Ну как большое — явно больше, чем следы пескухи.

Мне пришлось прищуриться и задействовать свои магические чувства, чтобы удостовериться — светилась некротика. Что же так напугало Венди? Призрачной лошади некротика не только неопасна, это любимое лакомство! Однако кобыла подо мной ходила ходуном, порываясь то ли удрать, то ли скинуть меня и удрать. Я спешилась и позволила ей отбежать — надо будет, снова призову.

Проблема со свечением некротики в том, что она ничего не освещает. Я предполагала, что стою в лесу, и под юбкой моих ног касалась трава, однако всё, кроме следов и странного комка впереди, оставалось кромешно-чёрным.

Пришлось перейти на ночное зрение. И вот тут стало интересно.

Я ожидала, что тропа из некротики приведёт меня к какому-то дому или хоть охотничьей избушке, в которой неизвестный злопыхатель создал свою управляемую нечисть, однако сейчас я стояла посреди леса, и никаких признаков жилья вокруг не проявлялось. В траве передо мной сидела… маленькая комнатная собачонка, такая пушистая, что почти идеально круглая.

Вот потому я и не могла её рассмотреть сквозь свечение некротики — я приняла её собственную форму за какой-то сгусток энергии.

В первый момент мне даже захотелось посюсюкать, настолько умильной оказалась тварюшка. Но тот момент длился недолго: я вспомнила, что передо мной пескуха, раздающая направо и налево смертельные проклятия. Стоп.

Фэнни видел огромную псину размером с телёнка. То, что сидело передо мной, поместилось бы в мой несессер! Конечно, его благородие сильно испугался, но не настолько же…

«Кларенс, — позвала я мысленно.

— Вы спрашивали женщин, как выглядел гримм?»

Кларенс молчал несколько секунд — вероятно, листал блокнот.

«Чёрная собака, над которой поднимается чёрный дым.»

«А размер собаки?» — уточнила я.

По ментальному коридору просочился душок стыда. Эге, кто-то заболтался с природником. Впрочем, я сама хороша, так залипла в воспоминаниях, что чуть не въехала в пескуху.