Зеркала

От понимания, что все, с кем я была связана, остались с той стороны и не думают обо мне.

Похоже ли это на предательство? Я не знала.

И сейчас не могла найти в себе ничего.

Вспоминала, выцарапывала из себя, искала — и не находила.

Мой мир словно выплюнул меня, оттолкнул, сделав такой вот прощальный подарок, а новый мир — принял, схватил за руку и не дал оступиться в первый момент. Я все еще злилась, как не может не злиться человек, чьи планы пошли псу под хвост, но, кроме раздражения, во мне появился интерес. Сейчас, глядя в потолок, я понимала, как же легко меня купили, расположив к себе беседой, потому что мало что в жизни я любила так, как долгие разговоры.

И пусть у джина здесь оказался другой вкус, после пьянки голова у меня болела ничуть не меньше, чем там, в мире, где я родилась и выросла.

Я попыталась улыбнуться, поднялась на локтях, посмотрела на дверь, ведущую в ванную, и решила, что мне хочется переодеться и действительно уже лечь спать. И выпить на всякий случай глоток зелья, чтобы кошмары не повторились, потому что в этот раз им было из чего прорасти.

Allons-y!

Я еще не решил, как с ней поступить, но не мог отказать себе в удовольствии позабавиться. А сконфуженная идиотка — штука весьма забавная.

А. Сапковский, «Золотой полдень»

— Значит, — сказал Ренар, — Алисой звали девочку, которая провалилась в кроличью нору и попала в приключения?

— Сначала провалилась в нору, — улыбнулась я. — А потом прошла сквозь волшебное зеркало.

— Удивительный талант. — Ренар усмехнулся и вытащил из моей пачки вторую сигарету. Первую он, по его словам, не распробовал. — Это в вашем мире такие легенды?

— Это сказка, — ответила я. — Ее написал один… ученый.

— Дай мне свое волшебное огниво.

Я протянула ему зажигалку, которая, как и обещал Кондор, работала не хуже, чем раньше.

— Я любила эту сказку в детстве и знала ее наизусть.

— И искала белых кроликов, чтобы они увели тебя на изнанку мира? — Его пальцы ловко захлопнули крышку, погасив волшебное пламя.

Я сделала глубокий вдох и выдохнула, надув щеки, потому что объяснять мне пришлось во второй раз.

— Потому что не люблю, когда мое имя произносят вслух незнакомые люди.

— Мы познакомились, — Ренар выдохнул дым через ноздри и отвел руку с сигаретой в сторону, чтобы стряхнуть пепел куда-то вниз.

Мы сидели на одной из тех узких лестниц, которые соединяли между собой этажи замка незаметными, тайными путями.