Лазурь и Пурпур

Это тоже нравилось Кьяре: во дворце появлялось и постоянно пребывало много шепчущих, и те, кто не обладал талантом, обычно завидовали им.

Армия марионеток. Звучало, конечно, жутко.

-А как можно подчинить шепчущего? Они же сильные.

-Всегда найдется сильнее, - заметил Вартан. – Пар-оольцы используют то ли артефакты, то ли заговоры. Поэтому мастер Олтар запретил шепчущим из дворца путешествовать и возвращаться во дворец, пока идет война.

-Боится, что их подчинят, и они нападут на императора, - догадалась Кьяра. – Подождите! Мы с великим лекарем ехали во дворец из Стратацита одни!

-Великому лекарю Лоани приказать нельзя, - хмыкнул Вартан.

– В опасности все остальные шепчущие, особенно слабые.

-Кьяра? – тихо спросила Лиамея. Девушка порадовалась ее понятливости: она, конечно, не говорила Вартану о своих способностях.

-Значит, мы в безопасности, - бодро ответила Кьяра Вартану.

-Никто не в безопасности, - флегматично отозвался тот. – И тем более дворец, в котором сосредоточена власть над континентом.

Ну тут, он, конечно, хватил лишку. По мнению Кьяры, реальная власть была сосредоточена в руках правителей каждой из девяти земель, а император являлся скорее формальной фигурой. Императорская армия была большой, но меньше армии черного герцога, например. И меньше армии ее неудавшегося жениха.

Кьяра посмотрела на Вартана, расслабленно покачивавшегося в седле, и решила, что момент подходящий:

-А почему именно здесь? Разве герцоги не решают все вопросы?

-Никто не имеет права ослушаться императора, - веско ответил Вартан.

– И герцоги тоже. На этом зиждется благополучие континента. А ты слишком категорична для столь юной особы. Тебе стоит научиться формулировать вопросы с большим почтением к абсолютной власти.

Кьяра только плечами пожала. Значит, придется уточнить этот момент у лекаря Тинека, он был разговорчивее и куда снисходительнее относился к ее вопросам.

***

У Лиамеи неплохо выходило. Как Кьяра и надеялась, женщина быстро ухватила суть: она держалась прямо и даже расслабленно и хоть хваталась за седло, когда лошадь проскальзывала копытами по оледеневшей траве, ухитрялась не зажимать при этом повод.

Лиамея послушно выполняла детские упражнения на равновесие, поднимая ноги над шеей лошади и вертясь на седле, забыв о том, что выглядит не как леди. Она давно закуталась в плащ, сняла украшения и теперь смотрелась более уместно. Уставшие ее глаза светились интересом, и Кьяра улыбалась, глядя на весьма успешные старания подруги.