Из рода волхвов

Создавалось ощущение, что властительница и творительница чужих судеб неусыпно бдила за благополучием своей юной служительницы и всеми способами благоволила её воле. Лишь в эту купальскую ночь отвернулась, когда тёмные воды утопили её венок.

— Иногда на поле боя самое мудрое решение — это отступление. Людские войны принесут нам лишь несчастья, Радовид. «Сбежать, поджав хвост» в подобной ситуации — меньшее из зол. Так мы хотя бы убережём то хрупкое равновесие, что ещё у нас осталось.

В зелёных глазах непримиримым огнём горело несогласие.

Но более он не решался спорить с её решениями.

***

На деревенском вече было принято решение покинуть эти края через несколько седмиц. Многие были не согласны, потому что любое промедление могло стоить им жизни. Мира была в их числе, но понимала разумные опасения старейшин. Среди них слишком много стариков и беременных женщин, для которых долгий путь мог стать тяжёлой ношей. А потому предусмотреть стоило все варианты.

Молодые волхвы, юные и пылкие, презрительно плевались в ответ на миролюбивые речи наставников.

Они поддерживали Радовида, и было совершенно очевидно, что его тщеславные речи нашли в их сердцах отклик. Да и сам он совершенно не скрывал своей непримиримой позиции, предлагая дать бой обезумевшему князю, сплотиться с остальными волхвами и одним ударом вырвать корень зла, засевший в богатых палатах Яруны. Эти стремление стали ещё яростнее, когда в их деревню прибежал мальчишка, весь измазанный грязью и кровью, но живой. Его долго выхаживала она сама, но его разум, покалеченный жуткими картинами беспощадной бойни, уже было не спасти.

Княжеские войска двигались в их направлении стремительно, словно неумолимый тайфун, словно бедствие, несущее лишь хаос. По пути они сеяли смерть, разрушали города, пытаясь отыскать колдовскую кровь, сметали с лица земли сёла. Как удалось уцелеть этому несчастному ребёнку — никто не знал. Но страх креп, теперь каждому третьему хотелось либо сбежать куда подальше от неприветливой власти Вереского князя, либо дать бой.

И Мира с трудом держала себя в руках, стараясь сохранять разум в спокойствии, а сердце — в холоде.

— Вы задумали безумие! Радовид, зачем ты подбиваешь их всех на это?! — закричала она, когда увидела их бледные лица в ночи у кромки леса. — Если вы уйдёте сейчас, то деревня останется без защиты. Мы уйдём совсем скоро, остался всего день…

— Вы уйдёте, а мы останемся, Мира, — отрезал он тем самым голосом, в котором звенела не терпящая возражений сталь.