Из рода волхвов

Наверняка он хотел обернуть волхвов с их невероятным могуществом против своих многочисленных врагов, чтобы стереть их с лица земли, но мудрые придворные жрецы отказали ему в этом, оставив людскую грызню людям.

А теперь платили за это неповиновение сторицей. Древние обеты перед богами не позволяли им обернуть колдовство против зарвавшегося мальчишки, который грезил битвами и жестокостью.

— Необходимо собрать старейшин, обсудить это, — она удручённо поморщилась и вздохнула. — Возможно, нам стоит покинуть Верес, уйти куда-нибудь на север, поближе к Зорканскому морю.

Здесь для волхвов более нет места.

— Сбежим, поджав хвост, как побитые шавки? — озлобленно скрипнул зубами Радовид. — На нашей стороне сила. Мы можем стереть их с лица земли, если захотим, Мира.

Она нахмурилась и раздражённо дёрнула его за рукав рубахи, словно пыталась вытряхнуть дурные мысли из его талантливой, но невероятно тщеславной головы.

— Не говори глупостей. Ты хочешь убивать людей? А о наказании за это ты не подумал? Что будет с тобой, если ты разгневаешь богов своей жестокостью?

Радовид скривил губы в дерзкой усмешке.

Его глаза, яркие, словно два малахитовых камня, сверкнули неподдельной яростью. И на мгновение ей почудилось, что его гнев был направлен на неё.

— Если боги поощряют людей за их жестокость, а волхвов порицают за попытки отстоять свою правду, то на кой чёрт мне вообще…

Он не успел договорить, потому что она со всей силы вцепилась в его ухо и потянула в сторону, заставляя напыщенного и самоуверенного юнца невольно взвыть от боли.

Иногда его спесь невероятно выводила её из себя. Колдуны, одарённые талантом и невероятными способностями, имели дурное свойство мнить себя всезнающими просто потому, что могущество улыбнулось им с ранних лет. И потому часто умирали молодыми. Радовида, несомненно, постигнет судьба бестолкового гордеца, если Мира позволит ему следовать за велениями его тщеславного сердца.

— Не смей сквернословить и говорить об этом столь непочтительно, — сказала она, наконец, отпустив его раскрасневшееся ухо. — Колдовство не прощает глупцов. И зазнаек тоже. Оно предназначено не для убийства и не для озлобленных метаний души.

Радовид обиженно насупился, сморщив ровный нос от переполнявшего его негодования. Но спорить с жрицей берегини Макошь не решался, потому что в большинстве их многочисленных споров он неминуемо проигрывал.