Из рода волхвов

Или вы, в целом, были не против такого развития событий?

Старик закряхтел и, кажется, готов был даже засмеяться. Его собственное раздражение понемногу переливалось через края, а потому терпеть издёвки и насмешки малознакомого волхва становилось всё сложнее. Но спорить с ослом — всё равно, что плыть против течения. Если бы не его отчаянные стремления и гордыня, которую он столь открыто хаял, вся его деревня обратилась бы в руины. Радовид своими собственными руками похоронил большую часть княжеской дружины в поле, удобрив посевы их остывающими телами.

Быть может, урожай от этого станет ещё богаче, чем в былые года.

— Ищи жрицу в Яруне.

От этих слов его пробила холодная дрожь. Пальцы свело эфемерной болью, а сердце болезненно ударилось о грудную клетку.

— Откуда вы…

— Тебе знать необязательно, мальчик, просто поверь мне на слово, — ровно сказал старец и пронзил его острым взглядом, словно ножом. — Но встреча не принесёт вам ни радости, ни счастья. Чем ближе ты к столице — тем ближе к твоей жрице смерть.

Размытые предсказания Огнедара едва ли взволновали его душу, в которой, наконец, забрезжил проблеск надежды. Он искал Миру все эти месяцы, надеясь лишь на то, что она всё же смогла спастись. Радовид перевернул все в окрестности вверх ногами, перетряс землю, похоронив под ней множество людей, наплевав на то, повинны они в его горе или же нет, и всё чаще сам смотрел в сторону Яруны. Она высилась в отдалении величественными княжескими палатами и яркими цветными знамёнами, словно так и манила его разнести весь этот нарочито праздничный город по камешку.

До него доходили слухи о том, что наиболее красивых девушек-волхвов Яромир забирал с собой и всячески измывался, но до последнего не хотел верить в эту мерзость. Однако теперь, когда неприглядную правду сообщали ему чужие уста с устрашающей серьёзностью, раздирающая душу ярость молила его о возмездии.

За минувшие месяцы Яромир прознал о нём — только едва ли эта слава теперь радовала сердце.

С каждым днём всё больше волхвов принимали его сторону, с каждым днём всё ближе они становились к столице. Когда на море назревает шторм — он скапливается в самом эпицентре. И Радовид был готов к тому, чтобы сделать этим эпицентром Яруну — колыбель всех княжеских пороков.

Это была вторая ошибка — решающая.

Он опоздал в очередной раз, поддавшись отчаянному желанию отмщения. Яромир боялся его — он знал это наверняка.