Подарок для Василисы, и прочие плюшки

В принципе, он огласил то, что и так было ясно им обоим, но от этого легче не стало.

— Скорее всего, — ответил Кощей, отодвинул от себя полную тарелку и откинулся на спинку стула. За те без малого два года, что Демьян провел в этой семье, он успел немного разобраться в том, как его наставник проявляет свои эмоции вовне. Сейчас тот был недоволен и пытался придумать выход.

Демьян взглянул на часы. Без десяти минут двенадцать. Говорят, как встретишь Новый год, так его и проведешь. И что же получается? Они встретят его в напряженном молчании и без мамы? А мама? В темноте и тишине детской? Укачивая Злату?

Нехорошо как-то получалось.

Видимо, наставник думал также, потому что резко поднялся, со скрежетом чиркнув ножками стула об пол.

— Идем, — велел он. — Тихо посидим с ней.

— Можно на телефоне трансляцию курантов включить, — предложил Демьян, радостно подскакивая следом.

— Разбудим Злату, не уснет потом до утра, — качнул головой Кощей.

— Я знаю, что делать! — воскликнул Демьян и тут же опомнился, съежился, спросил неуверенно.

— Можно? Это тихо будет. Не разбудим.

Кощей посмотрел на него внимательно, потом медленно кивнул. Демьян просиял. Каждый раз, когда наставник доверял ему сделать что-то самому, не перепроверяя, он чувствовал невероятный прилив сил.

— Вы идите наверх, а я сейчас!

И первым кинулся к лестнице, взлетел по ней и метнулся к себе в комнату. Это было так просто! Почему сразу не подумал? У себя в комнате он нашел на столе наушники, в кои-то веки порадовавшись, что Кощей заставляет блюсти чистоту и порядок, и они лежат на своем месте.

Он убедился, что наушники заряжены и не выключатся в самый неподходящий момент, вставил их в уши, нашел в интернете на телефоне трансляцию речи президента и кинулся к детской. Кощей уже стоял у двери.

— Подожди, — шепнул он. — Может, кормит.

Он приоткрыл дверь и шагнул внутрь. Демьян сглотнул: президент уже перешел к пожеланиям. Дверь снова приоткрылась и Кощей молча подозвал его жестом. Мама действительно кормила Злату: сидела с ней в кресле у кроватки.

На плечо ее было накинуто детское одеяльце, прикрывавшее это священнодействие. Демьян установил сотовый на пеленальном столике, и в этот момент в наушниках зазвучала тишина. Он замахал руками, привлекая к себе внимание, и поднял ладонь, сжатую в кулаке. Боммм… Один. Выбросил из кулака указательный палец. Боммм… Два… В ход пошел средний. Он видел, как мама зажмурилась, наверное, загадывая желание. Боммм… Три… Безымянный палец. Тоже надо было что-то загадать.