Подарок для Василисы, и прочие плюшки

Боммм… Мизинец. Но что? У него все было. Боммм… «Пусть я правда стану им сыном», — подумал Демьян, раскрывая пятерню. Боммм… Интересно, а Кощей что-нибудь загадывает? Боммм… Боммм... Боммм... На одиннадцатый удар снова пришлось вернуться к правой руке. Боммм…

Грянул гимн. Демьян быстрее отключил трансляцию и бесшумно захлопал в ладоши. Мама отчего-то шмыгнула носом, позвала к себе, махнув рукой, заставила наклониться и поцеловала его в лоб. Где-то грянул первый салют, и Кощей поспешно поставил купол, чтобы его звук не разбудил Злату.

Потом наклонился к жене и легко поцеловал в губы.

— С новым годом, — шепнул он. — Нового счастья желать?

— Не смей, мне хорошо со старым, — шепотом ответила она. — Мне с ним очень повезло. Спасибо. Я скоро приду. Идите вниз.

Вместе они вышли из комнаты, и наставник аккуратно прикрыл дверь.

— Ты молодец, — сказал Кощей и приобнял Демьяна за плечи. Это была очень и очень серьезная похвала. И так его хвалили в первый раз.

Злата, Яша и то, что действительно важно

Поруб (тюрьма) — деревянный сруб, использовавшийся в Древней Руси в качестве места заточения.

__________________________________

Механическая бабочка взлетела с цветка из шестеренок и проволоки, сделала несколько кругов под потолком, приземлилась Злате на плечо и замерла, сложив покрытые разноцветной эмалью крылья в пол-ладони длинной и вцепившись в ткань ее майки металлическими лапками. Стороннему наблюдателю могло показаться, что каким-то чудом мастер и впрямь вдохнул в свое творение жизнь.

Но это, конечно, было неправдой. Пусть бабочка и летала благодаря гению своего создателя, жила она милостью магии.

При виде бабочки Яков, глядящий на них с экрана сотового, наконец-то слегка улыбнулся. Изображение было мутным, связи мешал купол, установленный Лебедью над Буяном, но это было куда лучше, чем ничего. Пронести с собой на остров зеркало или блюдце Яша бы все равно не смог. Глядя на эту улыбку, Злата окончательно пришла к выводу, что пора начинать жениха пытать.

Яков становился невероятно упертым, когда этого хотел. Но она тоже умела добиваться своего. Она налила себе чаю, подхватила чашку и телефон и перенесла на кухонный стол, где ее ждал обед. Установила сотовый, оперев его на вазу с цветами.

— Ты расскажешь мне, наконец, что случилось? — спросила она. — Давай начистоту, я же вижу.

Яков тяжело вздохнул. Где-то недалеко от него заорала чайка, и Злата вздрогнула. В отличие от нее у Яши было раннее утро.