Подарок для Василисы, и прочие плюшки

— Уверена, — выдохнула Злата.

Лебедь повелела привести мастеров. Ее приказ исполнили так быстро, будто она отдала его заранее, и все это время мастера ждали под дверью. Злата взяла это себе на заметку. Она дождалась, когда все эти юноши и мужчины войдут и выстроятся в ряд, с любопытством разглядывая ее, и выдохнула то ли облегченно, то ли обреченно. Яши среди них не было. Что ж, это они с отцом предвидели.

— Все они хороши, — уверенно сказала Лебедь. — Я поручусь за любого.

Злата сделала глоток чая, в надежде смягчить пересохшее горло.

Выдержала паузу, делая вид, что заинтересованно осматривает товар. Первая часть плана была исполнена, и настала пора перейти ко второй.

— Если и впрямь ручаетесь за любого, значит, им не составит труда пройти небольшое испытание, — наконец ответила она.

— Испытание? — переспросила Лебедь.

— Как я уже сказала, моя коллекция весьма специфична. Я хочу быть уверена, что мастер справится с заботой о ней, и мне не придется снова искать кого-то еще.

Злата отцепила с пояса на платье мешочек и раскрыла его, доставая оттуда один из своих экспонатов.

— Одна из моих игрушек сломалась, — пояснила она. — Я выберу того, кто сможет починить ее. Уверена, что для мастеров с царицыного двора такая задача более чем посильна.

На ладони у нее лежала бабочка. Она взмахнула левым крылом, а правое осталось неподвижным.

Мастера подходили по очереди. Злате было их жаль. У них не было права не стараться: они представляли царицу, и царица при них поручилась за их мастерство. И при этом им явно было страшно справиться.

Они уже поняли, кто перед ними. Злата знала, что слухи о ней ходили разные. Но в любом случае их определяло место, которым она правила. Никто из этих юношей и мужей явно не хотел оказаться запертым в Нави. Каждый, кто еще не вышел из строя, с надеждой взирал на того, кто оказался у стола. И с каждым отошедшим лицо Лебеди мрачнело. Где-то ударили в гонг, провозглашая ужин. Слуга наклонился к уху царицы и что-то неслышно сказал. Она отмахнулась. Принесли еще чаю. Злата пила и считала глотки. Ей показалось, что прошла вечность, пока мастера по очереди пытались найти и исправить поломку. Небо за витражными окнами окончательно потемнело, зажгли свечи.

— Позвать Савелия, — наконец приказала Лебедь.

Привели старика-мастера. Он был совсем сед и старость склонила его к земле, но из-под косматых бровей ясно смотрели голубые глаза. Он с почтением поклонился своей царице и склонил голову перед Златой, а затем занял место у стола.