Сердце Рароха

Милютич запрокинул голову и во всю глотку заржал.

— Ах-ха-ха, то на его поляне лесной было! А нынче ты у меня на поляне, бестолковая, и обороны тебе жреческой нет, стены тут особо заговорены, непроницаемы для ока его, хранят их такие силы, что ты от ужаса юбки свои обмочишь, коли узнаешь! Умора, до чего ж ты глупа, смердячка!

Она вскинула подбородок, посмотрела на него в упор, как на виденного как-то в детстве бешеного пса. Тот бежал по Мшанке, с клыков его капала пена, и маленькая Веська стояла прямо на пути.

Но не испугалась, просто глядела на живую смерть, не мигая и широко расставив крепенькие босые ножки — а солнце светило беспощадно, как всегда в червень, маковку лета, и во рту у нее пересохло. Отец прибежал и прибил пса топором, долго потом ругался... Сейчас же никого сильного рядом нет.

Самой справляться придется. Ну... Почти.

— Складно все придумали, боярич, одно только позабыли, — она говорила нарочито медленно и очень спокойно, будто баюкая врага напротив.

— Я ведь и в вашем заговоренном доме пока что сил своих не лишилась. Али у вас тоже друг в неяви имеется? Покажите тогда его, любопытство разбирает.

Но еще прежде, чем довести свою речь до конца, она сосредоточилась на Похвисте и отдала краткий четкий приказ.

Милютич догадался и поднял высоко руки — но обогнать Ветер не удалось даже ему. Похвист перелетел в явь, нырнул в очаг, захватил крыльями пламя и вылетел оттуда с такой скоростью, что у Весняны зарябило в глазах.

А потом врезался в грудь боярича, и роскошная свита с золотыми узорами загорелась. Велислав издал жуткий вопль, и Весняна схватилась наконец за кочергу, сделала три шага вперед и с размаху саданула обидчика по левой коленке.

— Тва-а-арь, убью-у-у! — выл боярич, падая набок и роняя ближайший стулец. — Скрытка, ко мне! Бей их!

Громадная черная курица упала из неяви на Похвиста и заклохтала, выдирая из него белые перья. Тот заорал, входя в раж, гребень на голове вздыбился, и вдруг пораженная Весняна увидела, как Похвист вырвал из шеи курицы целый темный клок.

Баженянка успела пробежать к выходу, пока извивавшийся на полу Велислав страшно крыл чернейшими словами и ее, и Похвиста, и Зареслава.

Дверь удалось открыть сразу же, Весняна выскочила в коридор и растерялась. Где тут кухня, и главное, где дурища Мирка?

А та как раз шла навстречу с видом оскорбленной княгини и с губами, выпачканными в брусничном соке.