Останься со мной

— Смогич нахмурился. Под белесым взглядом он чувствовал себя неуютно. – Мне живым надо, к первопредку.

— Живым! — хриплый старушечий хохот подхватили вороны. Разнесли по всей округе. — Тебе ж яга сказала – жди. Или древний огонь подпекает? Справится твоя Василиса сама. Не лезь. Перепутаешь пути, потом проблем не оберетесь.

Оган открыл было рот спросить, при чем здесь Василиса, но тут в Нави грохнуло да так, что мост затрясся. Серое небо за рекой полыхнуло огнем, и в оранжевых всполохах четко и явственно проступил черный силуэт огненного змея.

Чуда ухватила Огана за предплечье.

— Кощъ-защитник, свершилось! Только вот… — она повернула голову и вонзила белесый взгляд в Смогича. Потом посмотрела вниз, проверяя наличие деревянного настила. — Спутал все же… Чем тебя отец заклял на дорогу?

— От рода отлучить, — Оган тоже посмотрел себе под ноги и вздохнул: — Если на Калин-мост ступлю.

— Вот и ступил, бестолочь! Батенька твой тень Змея без права взял. Тебя, единственного наследника, из Рода вычеркнул, братья твои, закладные, не в счет.

Вот и взбеленился пращур, родных душ не учуяв... Теперь и впрямь тебе туда надо. На подмогу Василисе.

— Как...? Почему она там?! — до кудесника наконец дошло о чем толковала старуха. – Пусти, я за ней пойду! – Он попытался оттеснить старуху и пройти, но не тут-то было. Чуда аккуратно отступила, качнулась. И вот уже Оган считает щекой холодные бревна Калин-моста.

Держит проход старуха крепко-накрепко. Не чета ведьма горе-витязям, что должны Навь сторожить.

— В кого ж ты торопливый такой? Пойдешь конечно.

Но ты что не знаешь: только воины Заставы через мост могут ходить беспрепятственно. А Василиса твоя за женихом мертвым в Навь отправилась. Но она за проход своей кровью и обещаньем роду заплатила. А ты гол как сокол. Спи, касатик, авось прошмыгнешь, – сказала и подула в лицо Огану. Тот моргнул, раз, другой и провалился в сон.

Старуха вздохнула, заткнула за пояс полы рубахи, ухватила поудобнее кудесника за подмышки да поволокла к дому.

— Расходились тут в Навь, как себе в подворье.

Вот и Горыню разбудили, Кощея вызволили. Дальше-то что? Щуры ваши тоже один другого краше. Надробили камней сто возов. Хочешь — бей ими, хочешь — в фундамент клади. А вы двое? Ни жизненного опыта за спиной, ни крепкого рода. Только один у другого и есть. Зыбко-то все как, страшно. Вот зачем ты, герой, сюда поперся? — Она хорошенько тряхнула спящего кудесника. — Теперь получишь всю силу рода…и всю ответственность. Смотри, не переломись.