Медвежье сердце

В наступившей тишине Керика шепнула, обращаясь к импери:

— Волнуешься? — она лукаво прищурила зеленые глаза.

— Волновался бы, если бы понимал, что меня ожидает, — также шепотом ответил он.

— Хорошо, — мастер над рунами окинула придирчивым взглядом его темно-синий камзол. Одежда на мужчине была скромной и слегка поношенной, но вполне опрятной. Не для парадного приема, конечно, но для честной первой встречи с правителем сгодится. — Будь вежлив. Отвечай прямо, но много лишнего не болтай. Если что, мы рядом.

Ив приподнял одну бровь.

Керика ободряюще подмигнула.

Авериус тяжело вздохнул.

А золоченая створка отворилась, и на пороге возникла Хиннари.

— Пресветлый Император готов принять вас, — канцеляристка посторонилась, пропуская посетителей.

Авериус Гарана прошел внутрь приемной первым. За ним проследовала Керика. Иврос замыкал их небольшую делегацию. Хиннари плотно закрыла дверь прямо за его спиной, оставив наедине с тем самым легендарным демиургом, о котором слышал каждый человек в мире.

Вошедшие оказались в просторном полукруглом зале с колоннами и множеством окон от пола до потолка. Такой же белый мрамор кругом. Ни единого стражника внутри. Даже трона не было. Кипенный мрамор и массивная беленая мебель. Яркие пятна — две громоздкие кадки с маленькими зелеными деревцами по обе стороны от закрытых двухстворчатых дверей на балкон. А еще букет нежных персиковых роз в стеклянной вазе посреди длинного обеденного стола. Вокруг стола — плотно придвинутые стулья. На нем — несколько аккуратных стопок бумаг и карт, а также подставка со свернутыми свитками.

Еще одна карта с изображением всего мира занимала целую стену. Под ней, ближе к дальнему углу комнаты, стоял письменный стол. А за этим столом в тяжелом кресле с высокой мягкой спинкой сидел он. Пресветлый Император Салдор Септиан собственной персоной.

Сидел. И чистил яблоко маленьким ножиком.

Никаких корон на челе или соболиных мантий.

Даже никакого древнего старика с окладистой бородой.

Император оказался высоким, поджарым мужчиной.

Его короткие, зачесанные назад седые волосы имели оттенок благородной платины. Легкая растительность на лице больше походила на очень короткую бороду, нежели просто небрежную небритость. Высокие, четко очерченные скулы и прямой нос с небольшой горбинкой придавали портрету правителя аристократизм. Равно как и ясные васильковые очи. Лишь отчетливые морщины в уголках глаз, вокруг губ и между бровей говорили о том, что мужчина был немолод.