Потомок древних королей

Как будто не пускает что… Учить я тебя все же буду, а как помирать стану – силу отдам, только приживется ли вся? И ты все равно не сможешь ни лечить путем, ни в воду глядеть. Только защититься сможешь да опасности предвидеть, а и то – только явные. Ну, как если бы ехала по дороге, а за поворотом – лихие люди. Это сможешь увидеть светляками. Полечить себя не сильно сможешь и близких кого. От простуды, от боли. А от тяжелой раны – никак…

- Зачем тогда все? Если все равно ничего не смогу? Буду жить, как все люди живут.

- Своих способностей у тебя почти нет, но я научу тебя управляться с помощниками. Амулеты, снадобья, наговоры, если они правильно составлены и сказаны, силу будут иметь и помощь окажут. Да просто хорошая травница всегда на кусок хлеба заработает, особенно если знает, как красоте женской помочь, а этому ты обучена. А еще у меня есть надежда, что помогут тебе. Все ж ты не совсем пустая. А с моей смертью… есть мужик один, - бабушка тяжело вздохнула, а взгляд ее стал мечтательным и печальным-печальным.

.. - глаза у него синие-синие, высокий, крепкий, седой уж поди да старый - дед твой. Он почует, когда я помру. Если не настрогал еще других внуков по свету, то тоже тебе отдаст, а это уже что-то.

- А почему вы расстались, бабушка? - осторожно любопытствовала я, - я уж думала, что и нет его уже.

- А и нет его для меня. Загулял он… ушла я от него. Ходил, просился, плакал даже... в глаза врал, а я в ночь собралась и ушла. Тяжелая уже была Славой. А ему по бабам вздумалось... Любила сильно я его, не смогла простить.

Но вреда чинить не стала. Он, может, и сам жалел потом... Я тяжело ходила, плохо мне было, а отлеживаться не привыкла. Все травами спасалась... И его тогда не подпускала к себе, а ему всегда проходу от баб не было – красивый очень был по молодости. Вот и не устоял. Не знаю – искал ли меня? А замела я следы знатно. Обида страшная душила, видеть не могла его. А простила бы – он продолжил бы то же самое делать. Мне спокойнее одной потом было. А заработать на жизнь могла всегда.

- А мама? Я не спрашивала, а она не говорила никогда про отца. Погиб – и все.

- Тяжко ей было говорить о нем. Да, погиб - воин же был… человек хороший, а что погиб – это точно. Ей привели коня его и справу воинскую вернули, чтобы продать можно было. Мы продали все и уехали, чтобы Слава душу себе не рвала. Всего пару годков и прожили они вместе. Потом к ней многие сватались - она в отца удалась, как и ты. Не пошла, другого мужа не захотела.