Потомок древних королей

Много девок попортил, не жалея. Вот какая-то и отомстила. Как встретит свою любовь, так и погибель его ждала. А и мы помогли в этом. С листом-то кленовым… Вот и завело его. Но если бы не лист, проклятье другую дорогу нашло бы - не изменилось бы ничего. Просто смерть другая...

И с тобой жить ему - не судьба. Сильная обида… страшная месть – на погибель сделано. Если б и увидела я на нем, не знаю – получилось бы отстоять? Скорее всего – нет. Так что сам он виноват. Твоей вины нет. Полюбил бы другую – тоже помер. А нам с тобой наука, дите… Что-то он не так говорил тогда, неправильно ты его поняла, а может - не хотел рассказывать всем о вас.

Не верь теперь и тому, что услышишь, верь делам и подслушивать зарекись. Помни – зарекись…

Глава 4

С тех пор, как все это случилось, прошло два года. Мы так и жили в лесу вдвоем, вот только в поселок я теперь ходила только по крайней надобности. О посиделках вообще речи не шло, хотя меня и зазывали, и уговаривали. Прибавилось работы по хозяйству, поэтому хоть и не надрывалась, но уставала я сильно.

Да и после той истории отпала всякая охота... А две мои подруги вышли замуж за наших поселковых ребят.

Я на их свадьбах была. Сидела тихо в углу, смотрела… не хотела внимания к себе, не хотела сейчас отношений с парнями - боялась опять сделать что-то не так, ошибиться. А глупая ошибка моя, как оказалось, могла стоить человеку ни много, ни мало - жизни. Как ни уговаривала меня бабушка, а вину свою я чувствовала. Ко мне подходили парни пригласить на танец, а я смотрела с опасением, не в силах побороть эту непонятную отстраненность… терялась, неловко отказывалась.

Неудобно было, что своим отказом могла обидеть, а и заставлять себя не хотелось. Уходила с гулянки, как только это становилось возможным. Но все же кто-то тогда приметил меня, заинтересовался.

Семнадцать лет – самый возраст замужества и к бабушке стали заходить парни, чтобы поговорить обо мне. Просили разрешения навещать, ухаживать за мной. Один, другой, третий… Я никого видеть не хотела, отворачивалась, упрямо качала головой – не хочу их.

Никого не нужно. Вот подрасту, поумнею... может тогда. Бабушка не уговаривала меня и не неволила.

Мама и Мила так и не появились, хоть и была надежда на то, что подадут о себе весточку, раз живы и благополучны. А бабушка упорно учила меня ведовству, хотя у меня мало что получалось. А она и не ждала многого.

- Я почему надежду на Славу да Милу имела? Способность у них к этому, а у тебя и нет ее особо.