Ведьма-наемница для эльфа

Передо мной начали раскрываться створки, и взору открылось небо, правда, сверху загороженное брюхом самолета. Легкий щелчок, жужжание механизмов, отделяющих нас от несущего транспортного средства, и мы оторвались.

- А двигатель будет включаться? – спросила я, смотря во все глаза вокруг.

Самолет над нами быстро улетал вперед, явно обгоняя нас.

- Здесь нет двигателя, - «обрадовал» меня Харпер.

- Это как? – решила сначала уточнить прежде, чем начать пугаться.

- Это планер, здесь только крылья и капсула.

Мое сердце сжалось. Только не знаю, от чего. То ли от восторга свободного полета, то ли от страха. О планерах я слышала, только никогда их даже не видела. Как-то не доводилось. Харпер развернул стал широким кругом разворачивать планер, оставляя самолет сначала сбоку, а потом позади, и мы полетели, свободные и счастливые. От этого свободного скольжения по воздуху захватывало дух и, кажется, я радостно выдохнула что-то похожее на «ВАУ!».

Несколько минут я наслаждалась полетом, а потом стала понимать, что мы летим не совсем к городу Зеора. Внутренне чутье подсказывало, что мы скользим куда-то чуть в сторону.

- Мы не туда летим, - тревожно обернулась на Харпера.

- Риш, мы же не можем приземлиться прямо под носом волкодлаков, - резонно возразил оборотень.

Вздохнула - все же несколько дней нервотрепки сказались на моих умственных способностях. Могла бы просто подумать и сама бы догадалась.

Приземление, если его можно так назвать, произошло в лесу за городом. Планер, направленный вниз, скользнул по верхушкам деревьев, а потом опустился ниже, зацепившись длинными крыльями за переплетенные ветви, и завис. С тихим шелестом отъехал прозрачный купол над головами, и я вдохнула свежий, вечерний воздух. Солнце садилось в облака, намекая на то, что устало за сегодняшний день и ему не терпится уйти на покой, уступая правление ночной небесной красавице.

Надо же, но за время, проведенное рядом с остроухими, успела привязаться к ним. Если Реда успеют убить, даже вздохну над его судьбой. А вот Элеонору, глупенькую, маленькую эльфийку, мне было искренне жаль. Я видела себя на ее месте, принявшую первое теплое чувство, родившееся в душе, за настоящую любовь, с которой суждено прожить до конца своих дней.