Одинокий некромант желает познакомиться

Он же принес горькие черные капли, которые Анна должна была принимать ежедневно. От капель во рту надолго оставался весьма гадостный привкус, но зато боль отступала.

- Не обманывайтесь, - он всякий раз ощупывал ее позвоночник. – Это временное облегчение… жду вас весной. Попробуем снова…

…до весны она жила в столице.

В собственном доме, скрываясь и от газетчиков, и от света, который всколыхнула удивительная новость: Лазовицкий, тот самый Лазовицкий, ищет себе новую супругу.

Это было… тоже больно.

Впрочем, душевная боль неплохо уживалась с физической.

Глава 3

Глава 3

…стук в дверь прервал полусон, в который Анна погрузилась. И она с неудовольствием отметила, что времени прошло изрядно, но боль не утихла.

До осени бы дотянуть, и тогда…

…с каждым разом тьма восстанавливалась все быстрее, а лекарства почти не помогали. И мастер Смерти больше не шутил, а Анна… Анна знала, что осталось не так уж много. Ей уже не страшно.

Да, было время, когда она мучилась, осознавая, что время идет.

Секунда.

И еще одна.

Ее раздражали часы, что махонькие, инкрустированные сапфирами – подарок Никанора, что огромные, оставшиеся в доме от прежней хозяйки. И те, и другие были равнодушны к горю Анны и отсчитывали минуту за минутой.

Она плакала.

Много.

И даже заглянула как-то в храм, но не нашла там ни успокоения, ни надежды. Напротив, разом вдруг всколыхнулись полузабытые детские воспоминания, ее замутило от запаха благовоний, тесноты и темноты. И показалось вдруг, что Люцифер улыбаются.

Издевательски.

Кого ты желаешь обмануть, Анна?

Никого.

Она долго стояла перед той иконой, которая была больше похожа на картину, а потому низвергнутый и прощенный сын Господа, одаривший людей, что светом, что тьмой, выглядел до неприличности живым. Настоящим. В сомкнутых ладонях его пряталось нечто весьма важное, и Анна боролась с собой и желанием подняться на цыпочки, заглянуть, осознавая, что желание это нелепо, и разглядеть у нее Дары не выйдет.

- Свечку поставить желаете? – поинтересовалась служительница, широко крестясь.

Эти слова и вид женщины с коробом, где, разделенные тонкой папиросной бумагой, лежали свечи, разрушил волшебство. Но свечу Анна поставила, не столько веря, что молитва поможет – не искренняя не поможет – сколько потому, что стало ей неудобно.

С Анной такое случалось.

Стук повторился. Странно. Соседи привыкли, что Анна редко отворяет дверь.