Хранитель чаек

Есть смерть и жизнь, а всё остальное неважно. Ей показалось, что и он чувствует тоже самое. Княжне вспомнилось вдруг, как герцог обнимал её у штурвала под нависающим ужасом.

– Чего ты хочешь? – вдруг спросил Ларан, замерев.

– Жить, – не задумываясь ответила она.

Он пытливо заглянул в её глаза. Сейчас Морской хранитель смотрел иначе, без насмешки, очень внимательно и серьёзно.

– Джия, как ты сбежала из плена?

Она недовольно отстранилась. Дурацкий вопрос прозвучал не вовремя. Но Ларан вновь притянул её к себе и сжал коленями, не давая возможности выбраться.

– Хочешь, я отправлю тебя в Персиковый султанат? Или ещё дальше? В мои земли пришла война, и я не хочу, чтобы ты пострадала.

Джия коснулась шрама на его нижней губе, усмехнулась. Кипение страсти улеглось и стало очень холодно. Где-то там, далеко-далеко, наверное, плачет во сне Айяна.

– Я хочу остаться с тобой.

– Ты хочешь жить и остаёшься там, куда вскоре придёт смерть? – хмыкнув, уточнил он, не сводя с неё пристального взгляда.

– Смерть есть везде, – княжна пожала плечами.

Целоваться расхотелось. Страсть налетела, обожгла и схлынула. Джию сотрясала ледяная дрожь, её зубы застучали. Ларан подхватил девушку на руки и посадил на колени, скинул свою куртку и набросил на её плечи поверх сорочки.

– Девочка, – шепнул ей на ухо, обжигая своим дыханием. – Я не враг тебе. Я хочу, чтобы ты жила. Скажи мне, и я тебе помогу.

«Что сказать? Что, если я тебя не предам, если не открою дорогу в твоё королевство твоим врагам, то Гедда убьёт мою сестру? – мрачно подумала Джия.

– И чем ты поможешь мне, Ларан? Нападёшь на королевство всадников? Окажешься светлым добрым магом? Или просто дашь карамельку?». Она потянулась к нему и снова коснулась губами его губ.

– Почему ты сбежал из дома?

Ларан взглянул с недоумением.

– Когда был ребёнком?

– Да.

Он усмехнулся. Выражение лица его стало отстранённым.

– Не хотел становиться герцогом. Ненавижу ответственность и всё, что с ней связано.

– И не женился долго поэтому же? Оттягивал до последнего?

– И поэтому тоже.

Пойдём, отведу тебя в твою комнату.

– Там Ювина спит.

Ларан вопросительно выгнул бровь, и Джия пояснила:

– Те невольницы, которых ты освободил, заняли покои Ювины, а она – мои. Ну, то есть я её сама позвала.

– Вот незадача, – рассмеялся Ларан. – Я бы тебя позвал к себе в спальню, но у меня нет моей спальни.

– Где же ты спишь?

– Где придётся, – он пожал плечами. – Когда в замке, то чаще всего здесь.

– Бедняжка, – фыркнула Джия.