Золотая долина

Они все слышали, и не раз, что долина Рогатого духа – особенное место, и это обостряло восторг даже тех, кто приезжал сюда не в первый раз. Эта долина была похожа, конечно, на родную, но всё же была немного иной, и запах прелой листвы немного отличался, и со склонов стекало гораздо больше ручьёв, неторопливых, но ледяных, или, наоборот, неожиданно тёплых.

– Чудесное приключение, – сказал Анкан, оглядывая северный склон с его бочажками и расщелинами, горячими ключами и толстым слоем разноцветного налёта на валунах.

– Смотрите, сколько набралось за лето.

– Басто обрадуется, – кивнула Пасси. – Он всю зиму возился со своими колбами.

– Он приходил к нам, – откликнулся Брент от паруса. – Летом. Рвался поехать. Еле уговорили дождаться осени, чтобы и парни могли на кабанов сходить, и мы заодно рыбы наловили бы.

Рыба! Аяна словно наяву увидела копчёную рыбу с нежным красным мясом, ароматную, аппетитную, и сглотнула. Рыба приходила сюда, в Илгу, на нерест каждый год, плыла всё дальше и дальше против течения, сворачивая в ручиьи, прыгая через пороги и постепенно меняя цвет чешуи на насыщенно-багряный, чтобы в одном из ручьев отложить икру – и после погибнуть.

Погибшая рыба была невкусной, её мясо быстро портилось, и на запах вынесенной на берег уснувшей рыбы с лесистых склонов выходили те самые кабаны.

В прошлом году кабан, которого подстрелили парни, был просто огромным. Аяна ужаснулась, когда увидела его клыки, и кто-то рассказал, что такими клыками подраненный зверь может убить человека.

Здешние кабаны все были крупными, гораздо крупнее, тех, которые встречались в их долине. Они тоже очень любили нежную рыбу, но предпочитали есть её свежей, до нереста, поэтому по ночам приходили к сетям, поставленным в ручьях, и пожирали весь улов, повреждая иногда и сети. Люди ездили на болота с незапамятных времён, и прожорливые звери явно привыкли к тому, что каждую осень им вдруг достается щедрое угощение.

Неувязка была в том, что люди тоже рассчитывали на свой улов, и каждую осень стерегли по ночам сети, зажигая светильники и оставляя несколько дозорных с факелами, свистками и шумелками на таком расстоянии от реки, чтобы не перепугать рыбу, но при этом навести страху на расхитителей.

К счастью, кабаны довольно опасливо относились к людям и предпочитали скрываться, а не нападать.

С помощью вёсел, петляя от одного берега к другому, лодки поднимались всё выше, и Брент издал возглас облегчения.