Чужой мир - мои правила

Искать долго не пришлось, сухостоя в лесу было много и Богумир выломал подходящий нетолстый ствол елки, удачно обломившийся у корня и обстрогав ножом ветки сделал то, что было нужно. Мужик смотрел на него и то улыбался его неуклюжести, то хмурился.

Попотеть пришлось изрядно. Долго искал место, куда сунуть рычаг и не зацепить при этом незнакомца. Потом до хруста в спине поднимать тушу, слушая как ругается, молится и кряхтит одновременно упирающийся, извивающийся змеей незнакомец. Возились долго, но наконец у них все получилось, и пленник убитого медведя, красный от крови и пота, выбрался из-под туши и охая и причитая, сел на поваленное дерево, тяжело дыша.

— Однако. — Хмыкнул он, вытерев ладонью пот со лба, размазав его и кровь по морщинам и сделав этим выражение лица хищным. — Вот уж не знаешь, где найдешь, а где потеряешь. Пошел по дрова, а попал на охоту. — Он поднял улыбающиеся глаза. — Тебя как звать-то парень, иль ты немой, я чего-то от тебя еще ни единого слова не слышал?

— Богумир.

— Теперь-то уж слышу, что не немой. — Хмыкнул незнакомец. — Ну а я Первом зовусь. Первым я у мамки с тятькой народился, вот так и прозвали, не утруждая себя думками. Это откуда же тебя, Богумир, к нам в лес занесло, такого неумелого, и какого лешего, ты к спящему Хозяину в берлогу полез? Согреться хотел, что ли. Одежка-то у тебя не по сезону, в ней и летом, пожалуй, зябко?

— Из Прави я, там всегда тепло, а к медведю я не лез, очнулся там после того, как изгнали.

— Да что же за день-то такой, то медведь, то пацан блаженный, себя богом возомнивший и к медведю проповеди о всеобщей любви читать в берлогу забравшийся. Тебя парень случаем по голове никто не приложил? Больно бред твой на испуг не похож. Тут кто-то явно постарался тумаками, иль заклятье какое пакостное наложил.

— Я правду говорю. — Обиделся Богумир.

— Вижу уже, что правду. У вас, тех кто с головой не дружит, все что не придумаете, все правда. — Он вздохнул и поднялся. — Не знаю, кто ты да откуда, но бросить тебя в такой одежке, да хворого на голову, в лесу на морозе не могу, пошли к дому. Там взвару горячего выпьешь, да отогреешься у печи, а то мороз крепчает. Вон посинел уже весь как покойник. На-ка вот, одень. — Он скинул полушубок и протянул парню.