Чужой мир - мои правила

Как только вы соедините руки и дадите клятву верности, ты станешь простым человеком, потеряв свое бессмертие, и уже никогда не станешь вновь богом.

— Плевать. Зато проживу оставшиеся годы счастливым. Это дороже скучного бессмертия. — Огрызнулся парень. — И она не девка, а Слава, и моя будущая жена. Посмеешь еще раз неуважительно о ней высказаться, хвост выдерну, и не посмотрю, что ты любимчик моей матушки. Ты меня знаешь.

— Знаю. — Каркнул угрюмо ворон. — Но ты дурак. — Таких Слав в твоей жизни еще будет столько.

.. — Он не договорил, так как пришлось отпрыгивать в сторону и слетать с плеча, уворачиваясь от занесенного для удара кулака. — Все, все, молчу. Осознал и больше не буду. И вообще, я не для того сюда из Прави сбежал, чтобы с тобой ругаться. Хочу с тобой немного пожить.

— С чего это вдруг? — Усмехнулся Богумир.

— Скучно там. Надоело. Сбежал я от всего этого благолепия. Обрыдно до тошноты. Все одно и то же день ото дня. Елей в печенках застрял, уже воротит от него. – Он вздохнул как-то по-человечески.

- Еще я себе тут подругу хочу найти, настоящую, там у нас таких не водится. Деток своих хочу понянчить, внуков... Как думаешь, мне на это лет триста хватит?

— Откуда мне знать, чего тебе хватит, или не хватит. Врешь ты все. И вообще, с чего ты взял, что я тебя с собой возьму. — Усмехнулся Богумир. – Ты мне тут не нужен.

— Куда ты денешься. Я же все одно не отстану. Да и не бросишь ты старого друга ищущего счастья. – Он с мольбой заглянул в глаза. – Не бросишь в одиночестве? Совестью ведь мучиться потом будешь.

— Орон вернулся вновь на плечо и каркнул. — Ну так что? Договорились?

— Как был треплом, так им и остался. — Отмахнулся от него парень. — Ладно, будь, по-твоему, но с одним условием. Болтать поменьше, и вести себя как нормальная птица, а не кичиться дюжим умом, и не выпячиваться.

— Буду туп как курица, нем как рыба. Обещаю. — Попытался растянуть клюв в улыбке ворон. — Слова лишнего не скажу, без повода. Клянусь своим прекрасным хвостом, который ты торжественно выдернешь, если я оступлюсь.

— Балабол. — Усмехнулся парень. — Ладно, что с тобой делать. Оставайся.

Глава 8 Похищение

Слава вздрогнула и мгновенно проснулась от обжигающего кожу жуткого холода. Открыла глаза и вскрикнула от мгновенно наполнившего душу ужаса. Странное, страшное место. Где она? Кругом клубящийся, переплетающийся паутиной, белый, как молоко, туман, и она в нем парит, не чувствуя под ногами опоры.