Чужой мир - мои правила

Самого хитрого восточного купца облапошила, это ж надо же?!!

К ней стали обращаться не иначе как Славуня свет Первовна, и за советами шли, а она никому не отказывала, всех привечала, но не возгордилась, чем еще более снискала всеобщую любовь горожан. Краснела, никак не желаля привыкать к всеобщему, излишнему вниманию, сомневалась в правильности своих советов, но всегда оказывалась права, в чем жители видели исключительное проявление божьего промысла, а также проницательность, и острый ум девушки, и от того еще больше стремились к ней, и еще больше уважали.

Шли в основном женщины, со своими сомнениями и тревогами, но иногда приходили и семейные пары разрешать вспыхивающие подчас конфликты. Бывало и такое. Всем помогала Слава, не отказывала никому.

***

Солнце, едва поднявшись над горизонтом, подожгло искрящуюся, слепящую дорожку подтаявшего, готового взорваться веселым ледоходом прозрачного покрытия весенней реки, когда шестеро воинов, непримиримых врагов, прожигая друг друга ненавистью во взглядах, встретились для тяжелого разговора.

Среди троицы рыбоедов, именуемых себя: племенем «Виксай», особо выделялся колоритный князь. Огромного роста, с выбивающимися из-под надетого на голову округлого шлема с бычьими, заточенными в острые пики рогами, рыжими, непослушными кудрями длинных, сальных волос, оттеняющих бледную кожу лица испещренного ритуальными шрамами и синими, с фиолетовым оттенком татуировками. Он нависал над собравшимися жуткой горой мышц, выпирающих даже сквозь посеребренную кольчугу, напоминающую чешую вытащенной на воздух, искрящейся на солнце фантастической рыбы-переростка.

Бесцветные, водянистые, холодные как лед глаза, смотрели с нескрываемым превосходством, а задранный вверх, бритый, квадратный подбородок, в обрамлении свисающих по обе стороны густых «казачьих» усов, по двум сторонам ехидно-тонких, хитрых губ, даже не смотря на смешной, маленький нос, напоминающий пяточек поросёнка, выражал гордость и уверенное самодовольство своего венценосного хозяина.

Богумир находился чуть сзади и сбоку своего князя, и стоящего рядом с ним будущего тестя. Рар лично позвал его с собой на эту встречу, не смотря на упрямое нежелание брать парня, Перва. Воевода отчаянно сопротивлялся присутствию изгнанного бога на переговорах, до последнего, но в конце концов вынужденно согласился перед убийственным доводом князя:

— А как, по-твоему, я пойму, что эти тати говорить будут? У меня другого толмача, окромя твоего Богумира нет.