Зеркала. Темная сторона

Я пожала плечами, мол, если даже я против — хотя с чего бы? — что я могу сделать, если благородные господа решили посекретничать?

Пока их не было, я вытащила из кармана потрепанный билет — чуть почерневший там, где его согнули. Бело-коричневый, с зелеными стенами дворца на картинке, он был сейчас чем-то настолько же невероятным, насколько настоящим. Я вертела его в руке, пытаясь не думать о том, о чем очень хотела бы думать.

Когда мы поднялись в кабинет Габриэля, я поняла, что, кажется, уже привыкла к зеркалам и перемещению через них.

— Жди от меня вестей завтра к вечеру, — напомнил Кондор. — Я надеюсь, она будет спать почти весь день.

— Я ограничу ее общение со слугами, — сказал Габриэль. — Пусть думают, что бедняжка больна и в горячке после прогулки в бальном платье по морозу.

— Главное, чтобы она тебе на шею не села.

Я покраснела, хотя Кондор даже мельком не взглянул в мою сторону, когда сказал это. Может быть, не стоит быть такой мнительной, леди Лидделл?

— Идем. — Он взял меня за руку, осторожно, но крепко, как ребенка.

— До завтра. — Габриэль кивнул ему и с улыбкой поклонился мне. — Рад знакомству, леди Лидделл. Вы нам очень помогли.

— О, не сомневайся… — начал было Кондор.

— Спасибо за чай, господин Моррис, — ответила я, выдернув ладонь из его хватки, и сделала неплохой, на мой взгляд, книксен. — Я тоже рада нашему знакомству, пусть оно и произошло при несколько странных обстоятельствах. Я передам привет через господина дель Эйве при первой возможности.

Я вспомнила, что на мои плечи все еще наброшена шаль, и сняла ее.

— Буду надеяться, что вы сделаете это лично, — Габриэль улыбнулся уже менее формально и даже менее рассеянно, чем улыбался до этого, и еще раз поклонился.

Он забрал у меня шаль, чуть не уронив ее на пол.

— Умница. — Кондор приобнял меня за плечи. — Передам Лин, что ты успешно применила знания на практике. Все, хватит этикета, я устал. Хорошо поспать днем, Габриэль, — бросил он через плечо и утащил меня в зеркало.

В замок.

***

Мы вышли из зеркала в кабинете Кондора, каком-то странно тихом и холодном. Возможно, дело было в пасмурном, нахмуренном небе за окном. Возможно, в том, что я сама была хмурой и усталой.

Я поежилась и пожалела, что отдала Габриэлю шаль. Сейчас она бы пригодилась.

Кондор отпустил мою руку. Он отошел от зеркала буквально на шаг и вдруг удивленно застыл, споткнувшись на ровном месте. Он как-то странно наклонился набок, словно был пьян.