Зеркала. Темная сторона

— Выйдем посмотреть спектакль или оставим Герхарда одного разбираться с этим всем?

Кондор перевел взгляд на него, потом на меня, потом вздохнул и оторвался от стены.

— Мне не нравится сидеть здесь и ждать, пока они что-то решают, — сказал волшебник, недобро хмурясь. — Выйдем. Под мороком. — Он снова покосился на меня. — Нам нужно не выдать себя.

Я неуверенно кивнула в знак того, что поняла его. И постараюсь не выдать себя.

— Тогда пойдем.

Он не делал никаких пассов руками, не произносил заклинаний — как и в прошлый раз, тогда, в Лорна-Тир, где я просто обнаружила, что мое отражение изменилось.

Даже воздух не искрил. Кондор взял меня за руку и утянул за собой в коридор. Ренар шел за нами.

Мы остановились у спуска лестницы, и я осторожно высунулась из-за стены, чтобы посмотреть вниз.

Ренар положил руку мне на плечо, словно боялся, что я высунусь больше, чем следует, и упаду — или меня заметят.

Там внизу очень смущенный мужчина в куртке, напоминающей форменную, высокий и крепкий, что-то объяснял Герхарду, виновато разводя руками.

Он то и дело показывал в сторону другого человека, чуть ниже ростом, с сединой в коротких волосах, в совсем другой одежде. Даже мне, еще не слишком опытной в тонкостях и вопросах взаимоотношений этого мира, было ясно, что этот господин, за спиной которого сейчас прятался Франц, был не беден. И, возможно, влиятелен.

И очень неприятен.

Отец Франца, кажется, занимал все пространство. Он был зол и хмур, стоял, скрестив на груди руки, и почти с ненавистью поглядывал на всех остальных — кроме сына.

На Герхарда, который пытался сохранять достоинство. На того, кого я считала стражником. На второго мальчишку, тоже мне знакомого, он сейчас жался к стене и совершенно точно хотел оказаться не здесь.

И на последнего героя этой сцены — тихую тонкую девушку в сером пальто.

Я не сразу поняла, почему она кажется мне знакомой, но она обернулась — и посмотрела точно в мою сторону, задержала взгляд.

Отрешенное лицо сразу стало сосредоточенным, губы растянулись в улыбке, и я вспомнила, где ее видела.

Видимо, я вздрогнула так, что это можно было заметить, потому что рука Ренара крепче сжала мое плечо.

— Что такое? — прошептал он.

Я все еще молча кивком головы указала на девушку и тоже прошептала:

— Мы встречались.

Кондор помрачнел еще больше.

— Сидите здесь, — сказал он и, старательно изображая благодушие, спустился вниз по лестнице.