Проблема для дракона

Он вскинулся сразу, и из-под капюшона сверкнули желтым глаза. Я чуть икать от испуга не начала, и сердцем своим подавилась, которое подскочило до самого горла. Но продолжала стоять, ни шагу назад не сделала. Потому что, если хищник видит слабину – он тут же кинется.

– Я к вам обращаюсь! – прикрикнула погромче, а то мало ли, может у него наушники в уши вставлены и музыка на всю катушку.

Мужчина, еще раз сверкнув глазами, развернулся и двинулся прочь. А у меня в сознании произошел щелчок. Домик же на холме, я это знаю совершенно точно, потому что такого вчера тут натерпелась, врагу не пожелаешь.

Я маленькими шажочками, всё ещё сжимая в руке пустое ведро, подошла к забору. Калитка теперь поддалась легко, без какого-либо сопротивления. И пройдя десять шагов вперед, я поняла, что возвышенности тут и в помине нет.

– Ты зачем вышла? – я вздрогнула, но узнав Прохора, успокоилась тут же.

– Мужик приходил какой-то. Темный весь, – меня передернуло, и умастившийся на плече ворон, едва вниз не полетел, тут же вцепившись когтями покрепче.

– Темный? А ну, в дом иди быстро! На минуту оставить нельзя, тут же вляпаться успевает! – закричал Прохор, и крыльями взмахнул, задевая меня по щеке.

– Так не улетал бы! Я, знаешь, как испугалась! – пожаловалась, понимая, что очень близка к истерике.

– Я еды принес, дурья твоя башка! А то помрешь с голоду, сто лет потом новую хозяйку жди. А мне иногда поговорить хочется, и человеком обернуться тоже.

– То есть, ты на меня намекаешь? – мы уже заходили в дом, и после болтовни с птицей, сердце снова стучало ровно. Я даже откровенное хамство ему спустить была готова. А уж когда увидела холщовый мешочек с краюхой хлеба и парой яблок, так вообще подобрела.

– Тут город рядом? – обрадовалась, быстро неся продукты к столу.

– Деревня… Ну как рядом. Без клюки тебе сутки идти. А она в лесу где-то потеряна. Поискать бы, как силу почувствуешь, а то и сгнила, может.

Я от себя эти мысли гнала подальше. Но гадалка же ясно сказала, что дар у меня. Так, может, и правда всё это, а не поганки виноваты? И ворон говорящий, и кукла ожившая. Любой человек мимо пройдет, развалины только увидит, внутрь пройти побоится. А я вижу и слышу иначе.

– Прош, а ущипни-ка меня, пожалуйста. Покрепче только, чтобы я если сплю, или под дурманом каким, очнулась сразу.