Четвертый дракон Амели

Она не сомневалась, что свое истинное имя он не называл исключительно из государственных интересов. Но от этого было не легче. Уж ей-то он мог бы доверять.

Она вспоминала, как они вместе с ним искали маленькую принцессу и волшебную книгу, и слёзы потекли еще быстрее. Он смеялся над ней! А всего-то и нужно было – сказать, что он – тоже дракон, и что он тоже может прочитать «Подлинную историю Анагории»! Скольких невзгод тогда можно было бы избежать! И Вероник не пришлось бы столько времени прятаться в сыром подземелье.

– Что случилось, ваше высочество? – продолжала допытываться Жюли.

Медленно, всхлипывая через каждое слово, Амели всё-таки рассказала ей, что случилось в тронном зале.

– Значит, наш Фернан – это принц? – Жюли захлопала в ладоши от восторга. – Так что же вы плачете, ваше высочество? Ах, как замечательно всё получилось! Ведь он же любит вас, правда? Я давно это заметила, только не решалась сказать. Теперь вы с ним – ровня и можете пожениться. Ведь его брат, играя его роль, к счастью, так и не выбрал никого из невест, а значит, у Фернана нет никаких обязательств перед другой девушкой.

Амели позволила ей остаться в этом приятном заблуждении.

Жюли вернулась в спальню, к маленькой Вероник. А вот Амели заснуть так и не смогла. Она подумала, что герцогу де Тюренну тоже, наверняка, не спится, и отправилась к нему прямо ночью. Ее уже не волновали приличия.

Но, передвигаясь по коридорам, стражи она так и не встретила. Должно быть, все маги и охранники были сосредоточены у апартаментов герцога Ламанского.

Ну, что же, это упрощало ее задачу.

– Да-да, входите, дитя мое, – услышала она хриплый голос герцога де Тюренна, едва постучавшись в его дверь.

Старик сидел на стуле у окна – сгорбившийся, одряхлевший. И руки его, сжимавшие волшебный посох, тряслись. И посох стучал по полу, и звук этот разносился по всей комнате.

– Садитесь, дитя мое, вот сюда, к камину. Вы тоже дрожите? Замерзли?

Амели устроилась на небольшом канапе.

– Сообщаю вам, ваше высочество, что я принял решение отказаться от должности главного королевского мага.

Нет-нет, жалеть меня не нужно. Я – старый седой болван, не сумевший вычислить преступника в своей семье. Я мнил себя мудрецом, я думал, что правлю Анагорией грамотно и справедливо. А вырастил в своем доме змею. А знаете, что страшнее всего, ваше высочество? Что мне жаль мою бедную племянницу. Если бы она осталась жива, возможно, я пошел бы против совести и помог бы ей бежать от правосудия.