Четвертый дракон Амели

Горничные, портнихи и парикмахер удалились, и Жюли выпустила из плена и принцессу, и развлекавшего ее Фернана.

– Ого! – хмыкнул Маршан, разглядывая Амели со всех сторон. – Умелые руки даже из Золушки могут сделать принцессу.

Она запустила в него веером (ничего другого под рукой не оказалось!) – он поймал его на лету.

– Ну, это ты зря, – сказал он. – Веер, между прочим, штука полезная. Особенно в зале, где много народа. Можно стеснительно прикрыть им лицо, можно нагнать ветру, если станет жарко, а можно отбиваться от назойливых кавалеров.

Но несмотря на шутки, которые так и сыпались из него, Фернан был невесел. Они все, включая Вероник, были взволнованы, напряжены.

Когда раздался стук в дверь, Жюли с маленькой принцессой шмыгнули в спальню. Пришел один из младших магов, чтобы сообщить, что ее высочество принцессу Лангедокскую просят пожаловать в тронный зал.

Фернан отправился вместе с ней. Они не были уверены, что его пустят в сам зал, но стоявшая на входе стража не сделала попытки его остановить.

Народу в зале было уже много, и взоры всех присутствующих обратились на остановившуюся возле дверей Амели.

– Прошу вас, ваше высочество, пройдите к отведенному вам месту! – тихонько попросил ее распорядитель бала и указал на стоявшие на небольшом возвышении три величественных кресла.

В одном из них уже сидела Элинор.

Амели устроилась на соседнем и улыбнулась виконтессе. Та ответила вымученной улыбкой.

– Я так волнуюсь, ваше высочество! Я помню, я говорила вам, что не стремлюсь стать королевой, но согласитесь, что проигрывать обидно. Особенно если мы проиграем графине. Моник безразлична судьба Анагории, она всего лишь хочет власти.

Амели прошептала в ответ:

– Будем надеяться, вы ошибаетесь.

Думать о графине де Карильен ей сейчас совсем не хотелось. Были гораздо более важные вопросы. Будет ли в зале тот, кто убил отца Вероник? И какую сторону он представляет? В том, что он находится во дворце, сомневаться уже не приходилось.

А если это кто-то из сторонников герцога Ламанского? Или даже сам герцог? От этих мыслей кругом шла голова, и Амели даже не заметила, как рядом появилась Моник.

– Я тоже рада вас приветствовать, – прошипела та, усаживаясь в третье кресло.

– Простите, – смутилась Амели, – я задумалась.

Графиня окинула ее насмешливым взглядом.

– Думать нужно было раньше, ваше высочество.