Русалочка с Черешневой улицы

— Так что, — стрельнула она глазками на парней, — коль вы мне не понравитесь, вам же хуже.

Клермона встала и прошлась меж полупустых полок библиотеки, как бы невзначай качнув прической, собирая пальцем пыль и искоса оглядываясь.

Принцесса была красива и любила насладиться впечатлением, который производила на молодых людей. Тщеславие, свойственное красоте.

Эрик багровел и зеленел попеременно, но молчал. Дерек ом«Брэ медленно поднялся с библиотечного кресла и отошел к зашторенному окну, в тень от каминной полки.

Как бы посмел он даже себе признаться, что очарован невестой собственного друга?

Принцесса Клермона еще раз тряхнула золотистыми кудряшками и вернулась в кресло напротив принца. Здесь ее ярко освещало пламя камина. Пляшущие тени придавали ее хорошенькому личику таинственности.

— Конечно, от усталости умирают. Человек не может жить вечно, если не будет знать зачем, а смысл всегда ускользает. А вы думали, отчего люди гаснут? Да, они вечно молоды, но что в том смысла. Иногда я думаю, — уставилась принцесса в огонь и посерьезнела, — что вовсе не обязательно жить по эту сторону реки времени.

И разве ж это наказание — быть брошенным в Заречье?.. Да, те, заречные, ничем не лучше. Такие же бессмысленные. Да и посмотри, как они живут там: экология. Психология. Да что говорить... Счастливы? Что ж, некоторые верят в бога и якобы обретают смысл жизни... Может, это и так. Но я не знаю об этом боге ничего. Только в Заречье, по крайней мере, люди свободны.

Тени дрожали на ее щеках, играя в собственную путаную игру.

— Брошенным в Заречье? — эхом повторил Эрик.

Клермона рассмеялась, стряхивая грусть.

— Принц, если в нашей беседе вы в силах лишь попугайствовать, клянусь, я сей же час отправлюсь в Терру Мистика!

— Клер, — проникновеннно проговорил из своего темного угла Дерек, — умоляем вас — останьтесь, пожалуйста. Будьте милостивы.

Эрик, стиснув зубы, оглянулся на товарища — и когда таким красноречивым сделался? Затем вздохнул, провел ладонью по лбу.

— Простите, Клер.

Вы правы, мне... трудно смириться с фактом, что жениться на вас я... обязан. Поймите верно — тут ничего личного.

Клер пожала плечами.

— Мы все подневольны, Эрик. Маменька... говаривала, что так устроена жизнь. Она никогда не полезла бы в авантюру «бессмертия», если бы не папенька, — Клер вновь почти безразлично пожала плечами, выстукивая по подлокотнику беспорядочный ритм. — А за нас всех, — при этом она посмотрела на обоих по очереди, — заплатили.