Драконий жребий

Не знаю уж, переоделся он в это после побега из Рашхшудура, а потому после обратного превращения выглядел так, или Рюдзин создал ему одежду магией, чтобы не возникло неловких ситуаций. Но завидно – было. Мне хотелось вылезти из тёплой вязаной кофты, которую отыскал для меня Бусина, стоило ему видеть, какая его подопечная мерзлячка. В неё, что самое забавное, были вшиты мелкие стеклянные бусины то тут, то там – в основном на рукавах.

Шад не смотрел на меня – потрясённо изучал окружение, узнав дорогу. Сначала он сделал робкие полшага, шаркнул по земле сапогом, и сразу – перешёл на бег, рванул так, будто от этого зависела его жизнь.

Недалеко. Едва ли с десяток шагов, и Шада дёрнуло назад что-то невидимое, он повернулся в воздухе и упал носом в землю, подняв клубы пыли. Да так и остался лежать.

– Пока не выполнишь условие – сбежать и не пытайся, – мрачно усмехнулся Рюдзин.

– Я… и не пытался сбежать, – тихо произнёс Шад, приподнявшись на руках.

У меня перехватило дыхание, стоило услышать его голос.

Не заметила, как подбежала к нему и упала на колени, крепко обняла, ткнулась носом в плечо, не пытаясь остановить слёзы. Мой верный телохранитель замер, весь одеревенел, и я нехотя отстранилась, чтобы посмотреть на него.

– У меня руки грязные, госпожа, – виновато улыбнулся он, будто прочитал мои мысли, и мы синхронно рассмеялись.

– Не важно, – шмыгая носом, прогундосила я. – Обними меня, пожалуйста. Пожалуйста.

Шад приподнялся, сел удобнее, отряхнул руку о штаны и осторожно вытер мои щёки.

– Всё хорошо, госпожа, – шептал он. – Всё хорошо.

– Рита, – возмущённо поправила я и снова ткнулась в его плечо. Пахло шафраном, полынью и… ветивером, точно! Из шали давно выветрился всякий аромат, а я и не представляла, как успокаивающе он на меня действовал.

– Рита, – прошелестело над моим ухом, из-за чего по спине пробежали приятные мурашки.

Счастье продлилось недолго.

– Вам напомнить, зачем мы здесь? – громом среди ясного неба ввинтился ехидный тон Рюдзина.

Шад аккуратно отлепил меня, ободряюще улыбнулся и, убедившись в отсутствии слёз, встал сам, а потом помог подняться и мне. На Рюдзина он старался не смотреть и дёргал ушами всякий раз, когда чувствовал на себе его взгляд. Я же переводила взор с одного на другого и ждала.

– Там, – мотнул головой друг, указав в ту сторону, где дорога поворачивала и пряталась за изгибом леса. – Там моя деревня. Я покажу. Идёмте.

Он взял меня за руку и потянул за собой.