Недостойная невеста

Что бы это ни значило…

Когда, наконец, ступили на церковный двор, Луиза почувствовала, как замерло сердце. Церковь в Монлюсоне, куда выезжали семьей по большим праздникам, не могла выдержать никакого сравнения с церковью Сент-Эсташ — она казалась крошечной и приземистой. Здесь же величественные резные колокольни устремлялись в запредельную высь, будто касались неба. В лучах утреннего солнца камень казался розоватым и едва ли не полупрозрачным.

Шарлотта подтолкнула:

— Идемте же, а то займут наши места.

Следовало бы сесть так, чтобы был лучший обзор.

Но мадемуазель де Бодемон оказалась иного мнения. Она расположилась у самой стены.

— Это места для знати, и мы заняли то, на какое имеем право по своему скромному положению.

Луиза лишь опустила голову — спорить было бесполезно. Лакей и Мари устроились у дверей, вместе с другими слугами

Луиза сидела, как на иголках. Напряженная, прямая, как палка. Чтобы не выглядеть нелепо, она делала вид, что рассматривает убранство церкви. Недосягаемый потолок, резные колонны, витражи и статуи.

Но все меркло, точно искажалось, размазывалось. Взгляд неустанно скользил по прихожанам, занимающим места на скамьях, но не мог ни за кого зацепиться. Опущенные глаза, постные лица. Впрочем, Луиза искала герцога и хотела увидеть только его, будто отбросила разом все другие варианты. Но не находила…

Вся служба прошла в этом невыносимом мучительном ожидании. Луиза знала ритуал почти наизусть, машинально повторяла латинские слова, садилась и вставала, как того требовал церемониал.

Она даже не вникала, о чем была проповедь, сидела, погруженная в свои мысли. Скорее всего, отправитель записки появится после службы, когда все начнут расходиться — это самый удобный момент. Стоило постараться задержаться под каким-нибудь предлогом.

Если появится…

Шарлотта поднялась, с хлопком закрыла свой молитвенник:

— Вставайте, моя дорогая.

Луиза облизала губы:

— Я хочу еще помолиться. Может, удастся исповедаться, когда все разойдутся. Я даже не причастилась, потому что не имею права без исповеди.

Шарлотта хмыкнула:

— Я тоже, как вы заметили. Но довольно на сегодня благочестия, Господу нас не в чем упрекнуть. Для исповеди можно выбрать более подходящее время между службами, если вам так угодно. Но не теперь, это уж точно! Только взгляните, какая толпа, — она кивнула в сторону резных исповедален. — Хотите толкаться среди мещанок?

Шарлотта оказалась права — там сгрудилось столько народу, что ждать было неразумно. Пришлось уходить.