Мой темный господин, или Семь кругов тьмы

Она уже не тряслась от страха, не вопила и не гонялась за пауком или, наоборот, от него. Шейла вошла ко мне в комнату, держа в руках точно такое же письмо. Забавно, но мы обе бегали по коридору в одном полотенце. В смысле, в двух. По полотенцу на каждую.

– Может, господин не любит общаться, – я пожала плечами. Судя по его хмурому виду и немногословности, вполне возможно, он действительно не горит желанием лишний раз видеться с нами.

– Ха! Это мы еще посмотрим, как он не будет любить с нами общаться. Особенно со мной.

Опять эти намеки. Шейла всерьез собирается очаровывать господина? Холодного и равнодушного правителя проклятых?

– Или решил показать нам почтовых пауков, чтобы мы привыкали к подобному способу связи, – добавила я.

– Скорее всего. На приглашение посетить балы это не похоже.

– И все же мы их посетим. Не зря портниха придет.

– Да. И… постой! Где твой свиток с расписанием?

Я указала на стол.

Шейла подошла, развернула бумагу.

– Точно! У нас будут танцы. И как только мы не обратили внимания? С завтрашнего дня нас начнут учить танцам.

– На ее губах заиграла улыбка. – Это должно быть интересно.

Увы, ничего интересного не оказалось. Учил не господин. Пытаясь скрыть разочарование, Шейла старательно заучивала фигуры танца со своим напарником. Я – со своим. Мы впервые увидели местных жителей, если не считать слуг и самого господина. Поведение портнихи, заглянувшей с утра, чтобы снять мерки, не сильно отличалось от прислуги – она предпочитала молчать и просто делать свою работу.

У меня опыт по общению с местными на одного больше, чем у Шейлы – Холодный парень, который не помнит собственного имени. И вот теперь к нам пришли двое.

Очень похожие друг на друга, черноволосые, с бледной кожей и темными глазами. Улавливалось сходство и в чертах лица. Может, братья?

– Мы будем учить вас нашим танцам, – холодно улыбнулся правый.

И занятие началось.

Наставники были холодны, держались отстраненно.

Создавалось ощущение, будто танцуешь с глыбой льда. От нее примерно столько же эмоций.

Но может, оно и к лучшему. Зато мой наставник меня не ругал и терпеливо объяснял, если я что-то делала не так. У Шейлы дела обстояли несколько лучше. Наверное, в родном мире она училась чему-то подобному и сейчас лишь корректировала умения в соответствии с местными традициями. Я же, в отличие от нее, в высшее общество вхожа не была. Пляски простолюдинов – совсем не то же самое, что изящные, сложные танцы на аристократических балах.

Потекли учебные дни.