1. Пари на пятьдесят золотых (псевдоним: Тата Орлова)

Не как смотрела бы на чужого человека – сочувствуя, беспокоясь, но оставаясь за той чертой, которая делила на близких и чужих, как на того, кто уже успел занять свое место в моем сердце, стать столь же нужным, каким был и Агжей.

- Не буду, - не без усилий улыбнувшись, качнула головой. Открыв флакон, поднесла его к лицу Лайета. Надавив на подбородок, заставила приоткрыть рот. Отсчитала три капли, попавшие точно на язык. – Зачем он хотел его убить? – выпрямившись, оглянулась я, тут же взявшись за салфетку.

- Я расскажу тебе об этом, - слабо, но с той твердостью, которая звучит клятвой, произнес Марк. – Как только он придет в себя или….

Он не договорил, но дальше было и так понятно: как только он придет в себя или умрет.

Качнув головой – не дам, не позволю, смочила ткань. 

Каждое движение знакомо, пока изучала целительство, повторено множество раз, но смысл их раскрылся лишь теперь. Не только остудить пылающее жаром тело – поделиться своей силой, своей верой, той надеждой, которая удержит и на краю.

- Мишель… 

Его голос звучал, как донесшееся издалека эхо.

Поправив простынь, присела на стоявший у кровати стул. Провела ладонью по влажному, горячему лицу.

Разделить на двоих…. 

- Ты сильный, ты справишься, - прошептала я и, оглянувшись – Марк спал, обхватив себя руками, коснулась губами губ Лайета.

Умоляя, не оставлять….

Забирая его боль и отдавая свою силу….

***

Чем ближе к рассвету, тем ему становилось все хуже и хуже. Он больше не звал меня, не стонал, лишь дышал едва-едва.

Несколько раз заглядывала Эллиен. Подходила к Лайету, брала за руку. Та была безвольной, норовя вновь упасть на кровать. Потом, не глядя на меня, уходила. Спину держала ровно, смотрела только перед собой.

Больше, чтобы понять, насколько все плохо, и не требовалось.

Марк все это время был со мной. То дремал, то делал вид, что дремлет.

А я продолжала верить! Верить, вопреки всему. Верить не себе – Лайету, который не мог, не имел права оставить меня одну. Не теперь, когда я поняла, насколько он мне дорог.

- Наследниками становятся только одаренные….

- Что? – отмерив очередные три капли, повернулась я к Марку. 

Его я тоже заставила выпить ставшую уже знаменитой настойку ар Карзи в надежде, что поможет.