Ежка на грани

Чешуя Чудища была шершавой и ранила руки колючими шипами, еще чуть-чуть, и она сорвалась бы. Кровь текла по ее ладоням, и из-за этого они к тому же начали скользить. Она только сейчас додумалась закричать, посмотрела вверх и попыталась перехватиться так, чтобы между ладонями и шкурой была ткань ее платья — и сорвалась.

«Тастиунайя шоримиин валенго маремилия», — услышала она голос Ягини, летя вниз, и увидела лицо Черноглазого, и упала в теплую и колючую чешую поднырнувшего под нее боком Чудища-Змея. Чудище выровнял полет, повернулся так, что Ежка оказалась лежащей на его чуть более мягком боку.

Змей протянул ей руку, и Ежка вскарабкалась на свое место.

Здесь она чуть перевела дух и увидела, как богатырь, оставшийся без копья, с трудом отражал атаки наседавших на него троих уже Змеевых воинов. Змей дал ей шелковый платок, чтобы вытереть руки. Как только она это сделала, кровь остановилась, а боль прошла.

— Посмотрим еще? — предложил Змей, — отсюда тоже прекрасно видно.

Ежка же и без того опять впилась глазами в происходящее.

Их слишком много на него одного! Ширина и густота столкнувшихся черной и пестрой полосы до столкновения были почти одинаковы — так почему же на одного мальчишку нападают сразу трое?

«Потому, что белых фигурок, лежащих на земле, больше, чем черных», — поняла вдруг Ежка и в ужасе прикрыла рот рукой, больно прикусив пальцы.

Уже не спускаясь ниже, они смотрели, как ее белобрысый спаситель (имени его Ежка не знала) ткнул мечом в живот Саиду, вскочив на его согнувшуюся спину, сверху всадил кинжал в затылок второму, одновременно кинув другой кинжал в третьего.

Только теперь он нашел секунду, чтобы вытащить меч из упавшего Саида. Третий был, похоже, только ранен, и на помощь ему бежали еще двое.

— С меня достаточно, — хмуро сказал Змей. Я уважаю силу. Но дальше я буду смотреть, когда он станет моим богатырем.

— Он не станет, — сказала Ежка.

— Тогда он станет ничем, а на ничто и смотреть нечего,- отрезал Змей. — Сейчас меня больше интересует общая картина боя, — сказал он, и они поднялись чуть выше.

Сверху стало видно, что русские побеждают! Змеево войско отступало! Ее белобрысый богатырь уже не отбивался от нескольких, а наоборот, бежал вперед, чтобы схватиться с прикрывающими отступление черными. Но вскоре побежали и прикрывающие. Неужели? Неужели они побеждают? Светлый клин удлинялся, черный — укорачивался. Они уже приближались к холму, где...

И тут вдруг Ежка поняла.

— Уходи! Уходите! — не помня себя, заорала, что есть сил, она.