Ежка на грани

Пусть и не по-настоящему, как выяснилось, но чувствовала к нему и с ним Ежка такое, чего никогда с ней не бывало, и не будет никогда.

С того случая, когда она вмешалась в ход битвы, в ней что-то новое появилось. Ледяное, а все ж огню их пылать не мешающее. В Змее же…

В нем тоже появилось что-то новое. Они никогда не говорили о том, что случилось. Но Змей немного изменился. Теперь он смешил ее чаще, а был наглым нахалом реже.

А пляски их огненные, а полеты над всею Землею? Там, в высоте, частенько Змей увлекался, показывать, рассказывать начинал.

Для него весь мир внизу – как карта огромная. Увидит место какое, или город, или царство – и давай.

Раньше все больше о том, какие битвы у него здесь были, или как без битв удалось город себе забрать. А если те края, где он не властен еще – то о планах своих, о том, как в таком пейзаже, да при такой обороне удобнее город захватывать будет.

Теперь же Змей больше о том говорил, какую чудесную жизнь они с Ежкой на землях своих устроят. Как он за порядок будет отвечать, а Ежка – за доброту.

Как мудро и справедливо будут править они, как люди благодарить их будут и уважать. Ежку - любить, а его - бояться.

И как Ежка ни напоминала себе, что те же песни он, верно, и Марье пел, и прочим, видно, женам своим… Как ни думала о том, что пока лишь горе по убитым, да ежегодные выплаты дани получили захваченные им города… А все ж хотелось верить, хоть немного.

Может, если она, Ежка, рядом будет, и правда все слова Змеевы о добром, едином, справедливом царстве сбудутся? Что, если исправит его Ежка, человеком сделает? Василису главной советницей возьмут.

Отец их княжеством мудро правил, он и Ежку со Змеем научит.

Вот тут, правда, самой смешно стало. Представила, какой из Змея ученик, а из нее – мудрая правительница. Люди не меняются, как бы сильно кто-то не любил их. И все-таки…

Впрочем, сомневайся - не сомневайся, а богатырю белобрысому по-любому помочь надо. Он уж до плато дошел, где огромная плита на горном пике лежала, как стол, и единственный путь там ему - карабкаться вверх ногами, как муха по потолку.

Да только так ведь только мухи и умеют.

Поможет ему Ежка. А там уж видно будет, как все повернется.

Спасение скалолазающих

Веревки в замке не нашлось, так что все скатерти и простыни, к делу пригодные, Ежка наметила заранее. Тут три задачи было — во-первых, чтобы длины хватило, во-вторых, чтобы не развязалось, в-третьих, чтобы Змей не заметил.