Танец кобры

Обернувшись, она поняла, что им всё-таки удалось немного обогнать грозу, они проскакали по краю, и сейчас она следовала за ними практически в упор. Впереди была тишина, изредка прерываемая испуганными возгласами, а за спиной стоял шорох, густой и плотный, как будто за ними гналась армия шелестящих сухими панцирями шипастых жуков, которая вот-вот догонит и накроет.

Грохот копыт резко сменился с глухого на звонкий, когда они выехали на мощёную улицу, подкованный галоп было хорошо слышно, так что люди уходили с их дороги, вдалеке уже виднелся дворец Сун.

Бегающие люди вдруг замедлились и уставились в небо, все в одну сторону, Вера тоже обернулась и посмотрела — прямо над трактом стояла колонной синяя полоса воды между песком и небом, снизу ей навстречу поднималось облако белого пара, закручиваясь кудрями и растекаясь в стороны.

«...люди под дождём! Как салют встречали гром...»

Молодые тыкали пальцами и звали всех смотреть, старики раздавали подзатыльники и деловито расставляли тазики и снимали крышки с бочек.

Стена воды подходила ближе, в воздухе повис такой странный шорох, сквозь который было ничего не слышно, хотя он вроде бы был не громким. Министр крикнул:

— Давайте быстро, а то ворота закроют! Их принято закрывать в дождь.

— Ого, вы поверили, что будет дождь?! — рассмеялась Вера.

Он тихо выругался и свистнул, от чего её кобыла сорвалась так, как будто это был приказ, министр догнал её и поехал рядом, всё быстрее. Это оказалось невероятно легко, кобыла летела стрелой, при этом держалась ровно, министр её немного обогнал и опять забрал её повод, погнал лошадей ещё быстрее, посвистывая как королевский гонец на рынке в Карне, но Вера почти не слышала — грохот накрыл их, а когда они подъехали к мосту, она увидела его источник — мутная серо-жёлтая вода в канале поднялась до уровня перил и перехлёстывала через мост сверху, грозя смыть его к чёртовой матери вместе с набережной.

И здесь их догнал столб воды и накрыл так, что лошади присели и заскользили по доскам моста, их бы растащило в разные стороны, если бы министр не держал обеих лошадей одной рукой, а второй рукой Веру за пояс. Она не понимала, как он сам в седле держится — вода с неба лилась сплошным потоком и смешивалась с водой в канале, течение стремилось их закрутить и прижать к перилам, а потом унести вместе с потоком. Она ничего не видела, пока это всё не прекратилось резко, как будто отсечённое.