Искра и Тьма

– Мне показалось, вроде мертвец закрыл глаза… Моргнул, что ль?

– Брось молоть чепуху, – сказал Девятко. – Пошли.

Горыня сидел на крыльце того самого дома, где два часа назад разбил калитку, и жадно пил воду прямо из своего шлема.

Утолив жажду, он швырнул шлем на землю.

– Где они? – спросил княжич.

– Вон, идут.

Дружина и братья-близнецы столпились у повозок. Искра стояла одна. Доброгост делал вид, что считает вспыхивающие на небе звезды. Злоба шагал в одиночестве.Изредка вынимая меч, размахивал им, словно веткой, при этом так хищно скаля зубы, что становилось страшно.

Он владел шкрамашом – аларским двуручным мечом с обоюдоострым лезвием и довольно коротким клинком – всего в полтора раза больше рукояти.

Девятко со спутниками оповестил о себе свистом. Дружина оживилась. Горыня поднял голову, рыгнул, схватившись за живот. При этом у него выступили слезы – то ли от боли, то ли еще от чего.

– Ну что? Готовы? – спросил Девятко. – Идем, что ли? Там на выступе терем – неплохое место для укрытия.

– Эй ты! – рявкнул Горыня, обращаясь к нему. – Иди-ка сюда…

Девятко остановился в двух шагах.

– Ближе, – прохрипел княжич.

Десятник сделал еще шаг вперед.

– Что я вижу? – взглянув исподлобья на него, спросил Горыня. – Ты что, князь? Командуешь тут, что ли? Что молчишь?

Девятко не ответил. Горыня вскочил; пошатнулся и ухватился, удерживая равновесие, за десятника; не без труда выпрямился, притянул его за ворот и посмотрел в глаза.

– Нагло смотришь, пес, – прошипел он. – Нагло. Хочешь показать всем, что я ни на что не годен? Так?

Послышался свист – и придорожная березка, шелестя листьями, плавно завалилась.

Злоба откровенно враждебно поглядывал в сторону княжича.

Горыня посмотрел вокруг, задержал свой взгляд на Злобе, потом оттолкнул Девятко в сторону.

Искра вновь почувствовала, как кровь приливает к лицу. Она пыталась понять, каково сейчас ее любимому «дядьке» – но десятник, кажется, ничуть не переживал. Кажется… Ее повело к нему, но Буяна, положив руку девушке на плечо, твердо сказала:

– Не надо, княжна.

Пусть разбираются сами.

Искра взглянула на служанку. Серьезное смуглое лицо, карие глаза излучают спокойствие. Было в облике Буяны что-то неприступное, даже величественное.

– Хорошо.

И все же Искра, пристально наблюдая за «дядькой», за его напускным равнодушием рассмотрела испуг, затаившийся в сузившихся зрачках. Что-то ей напомнил этот взгляд…

«Да! – неожиданно осенило девушку. – Ведь так смотрят… пленные, невольники».