Искра и Тьма

Хлопцы молодые у нас, горячие… Так ли, Рагуйло? Как оно у ольмарей-то? Что скажешь? А можа, отдадим его своре крысу-то? – обратился Лют ко всем. – А, други? Его гончие, поди, уже все подохли, небось?

– Не подохли, – спокойно ответил Рагуйло. Чубатый и усатый, в высокой каракулевой папахе, сидевшей на нем ровно, будто корона. Одет он был в богатую свитку, на шее – золотая цепь, и сам держался подчеркнуто строго, словно царь. – Собачки сыты и вообще устали. Так что можете «помордовать» его. – Рагуйло культурно оторвал у гуся ножку.

– То, что вы, дубняки, дикари – так это ж всем известно.

– Ох ты, нуте-ка! – скривился Лют. – Ну и хрен с тобой, боярин какой! «Дубняки дикари»! Да мы, дубичи, в сто раз умней вас, убогие! У вас и государьства-то нету! Так, одни шалашики!

Рагуйло одарил старика снисходительной улыбкой, посчитав ниже своего достоинства спорить с ним.

– Так, значится, будем бить… – нахмурившись, сказал Нежата. – Эй, Коснята! Хватайте этого цыпленка за цыцки и… вдарьте ему как следует! Коснята, мать твою! Я с кем сейчас разговариваю?

– Я слышал, батька! – Парень лет семнадцати подскочил к приговоренному, схватил его за волосы, пригнул и ударил коленом по лицу.

Вор взвыл, схватился за рот и упал. К Косняте присоединилось еще четыре человека – такие же юные, подтянутые, с озорным блеском в глазах. Толпа расступилась, освободив место. Ребята принялись рьяно избивать жертву.

– Оттащите поганца подальше! – ворчал Нежата, отряхиваясь. – Забрызгали кровякой все вокруг!

– Эй, а он еще жив? – облизывая пальцы, спросил Торчин, Редедин богатырь.

Юноши, раскрасневшиеся, вспотевшие, остановились. Вокруг клубилась пыль. Вор еще дышал.

– Сверните ему шею! – предложил Тур.

– Не-е, это вряд ли, – озадаченно проговорил Коснята. – Я… наверное, не смогу. Не умею.

– А что тут уметь? – захохотал Тур, вставая с места. – Учитесь, придурки!

Жуя на ходу, гридь подошел к жертве. Повертев плечами для разминки, он нагнулся, схватил вора одной рукой за шею, другую положил ему на затылок; притянул к животу, сосредоточенно закатил глаза и резко дернул.

Послышался хруст, и вор, показав всем остекленевшие очи, рухнул на землю, словно мешок с брюквой.

– Вот как надо! – стряхивая пыль и кровь, сказал довольный собой Тур. – А вы что тут устроили? Так только бабы дерутся! Эх, молодежь…

– Да, – упершись локтем в стол, сказал Лют. – Точно, бить надо умеючи, хлопцы!

Семен уже засыпал.