Гувернантка для чудовища

Она же настоящий кошмар!

С другой стороны, милорд, кажется, принял меня за сотрудницу спецслужб. Решил, что я — не дурочка, что поверила ребёнку, а шпион, специально подобравшийся к тайне, что некромаг прячет в саду. И как ему в голову пришло такое? Он же знает эту девчонку? Сам же от неё и страдает. Что, если он напишет жалобу? Тогда милорд Ройсбург выдаст себя и... Лиззи. В столице о девочке слыхом не слыхивали. Есть надежда, что он так не поступит.

— Эй? — позвала я деревья. — Мне надо поговорить с хозяином!

Тишина.

Веточка цветущего голубыми звёздочками плюща потянулась к решётке, но тут же отскочила, словно обожглась.

— Понятно, — вздохнула я. — Не надо, малыш.

Странно. Хозяин дома оставил мне магию. Почему? Он ведь мог её заблокировать.

Ругать Лиззи или обижаться на неё не было сил. Я злилась на себя и свою доверчивость. Но при этом ничего не изменилось — мне по-прежнему отчаянно хочется знать — что там, в той оранжерее? И зачем это бывшему главному некромагу королевства? Ясно одно — там то же, что поселилось в его ауре.

Та же... тьма. Та же сила. Зачем он её держит? Затем, чтобы исследовать и понять, как спасти себя и отряд.

Аби, Аби... Куда же ты влезла? Даже если некромаг пощадит и не сделает умертвие — карьеру ты загубила. Что же теперь делать?

Я коснулась стены дома — камни отозвались тёплой волной магии. Дом — живой. Он слышит. Он дышит. Припала щекой к земляному полу — корни деревьев песни поют.

— Предупредите его — никакого отношения к спецслужбам я не имею, — мысленно попросила я — из глаз покатились слёзы, впитались в землю, коснулись души поместья, но.

..

Меня никто не слышал. Я это чувствовала. Из земли — там, куда упала слезинка, вырос росток горькой полыни. Я коснулась бархатных острых листочков и заплакала — а полынь-трава всё росла и росла. Горю моему это, конечно, не поможет, но спать на таком ковре будет мягче. Что ж, и на том спасибо.

В темнице стало холодно — ночь вступила в свои права. Я представила, как утром милорд, чудовище бессердечное, найдёт моё окоченевшее тело, и даже не вздохнёт.

— Учитель, это не так...

Слух уловил знакомый голос.

— Клайв! — заорала я, стараясь не обращать внимания на грызущего изнутри червя сомнения: наверняка ведь галлюцинации. — Клайв! Я здесь!

— Откуда вы знаете? — ядовито прошипел в ответ голос некромага. — Вашу обожаемую «малявку» могли завербовать! Девчонка сильная, если вообще в поместье приехала она.

«Клайв назвал меня „малявкой“ при...