Искупление для бастарда

Возможно, принц Лисэн Леранэ спас свой народ, когда обратился за помощью к людям, но, по-моему, это обернулось для нас, светлых эльфов, проблемой более серьезной, чем некроманты — мы очеловечились, погрязли в рутине и крови. Мы тонем, умираем, как раса, как народ...

— Ну тебя понесло, — присвистнул Лен. Он, конечно, помнил, что его любимая — светлая эльфийка, но как-то за столько лет привык, что она не такая как все эти ушастые, не заморачивается вопросами мироздания и не страдает душевными переживаниями, в общем, такая же, как он, простая и приземленная.

Словно в ответ на его мысли, Мила заметила:

— Мне тридцать четыре, я жена и мать троих детей, начальник Управления в самом крупном городе мира, а моя мать в этом же возрасте пыталась доказать своей матери, что достойна вступить в юношеский отряд лучников.

— Доказала?

— Нет, — коротко ответила женщина. — Пришлось бежать.

Лен хохотнул. На небо медленно задавался рассвет, скоро надо будет идти поднимать девочек, скоро на работу, а всю ночь они просидели на кухне, обсуждая все на свете.

По правде говоря, Лен терпеть не мог, когда его поучали, но сегодня это было необходимо — Мила успокоилась и уже забыла про ночной кошмар, сидит, уверенная в себя, всезнающая и непобедимая. Он улыбнулся последней мысли.

***

В доме Крейлов этой ночью не спала не только супружеская чета, но и их друг, который уже три месяца как переехал к ним.

Дель сидел в старом потертом кресле, которое он забрал из дома отца Лена, и читал. Как это не удивительно, но именно ночь ему нравилась больше всего: было в ней какое-то очарование, покой, которые передавались ему. Он ведь даже не читал, лишь переворачивал страницы, вслушиваясь в ночную тишину и думая о тех вещах, которые днем скрадывала суета и многочисленные заботы.

Но сегодня мысли Деля, несмотря на окружающую его умиротворяющую обстановку, были невеселыми. Он раз за разом думал о том, что тогда сказала Мила.

..

...Он едва успел один раз дернуть за колокольчик, как дверь распахнулась, а на шее у него повисла Мила. Рефлекторно он обнял ее в ответ, встречаясь взглядом с вышедшим с кухни Леном, но вместо привычной понимающей ухмылки он увидел тревогу в глазах, резко сменившуюся на инстинктивный страх — оборотень почуял только что пришедшего с охоты ликана, кровь его жертв, пусть и всего лишь лесных зверей...