Проклятие для мага или сердце на троих.

И так по всему коридору сцены пиршеств, танцев и беспечного веселья сменялись изображениями узников, заточенных в подземельях, невиданных чудовищ, похищающих прекрасных дев и венценосных героев.

– Я вижу, вас заинтересовали витражи? – всплыл из пустоты мягкий голос.

Вздрогнув, Дея резко обернулась. Вайес стоял рядом, держа в руках пару шелковых туфелек.

– Я как-то не подумал об обуви. Хорошо, что ваш лекарь более предусмотрителен.

И Вайес, на удивление бойко для своих лет, наклонился и обул босоногую Дею.

– Это Свегор.

В достопамятные времена, когда мы сражались с Лонгвином, этот воин переломил исход последней битвы, – сказал Вайес, указывая на изображение богатыря в сияющем шлеме. – О его ратном подвиге некогда слагались легенды, но сейчас они забыты. К сожалению, сам Свегор недолго наслаждался победой, спустя год он умер страшной смертью.

– Его что, убили?

– Скорее всего.

– Завистники?

– Нет, некая страшная сила, с которой простым смертным лучше не связываться, – зловеще прошептал Вайес, и у Деи по спине пробежали мурашки.

– Боюсь, когда-нибудь в этом коридоре может появиться еще один печальный сюжет, связанный с этой силой.

– Все эти картины отображают вашу историю? – сообразила Дея.

– Да, моя дорогая, и что-то подсказывает мне, что ваша история тоже может здесь отразиться.

Дею насторожило такое предположение, ведь сюжет может оказаться не самым лицеприятным.

– А ваша история здесь есть? – поинтересовалась она.

– Ближе к концу коридора запечатлен один суд, участие в котором… – проговорил Вайес так, будто каждое слово весило тонну.

– Но мы задержались, – перебил он самого себя, – а между тем, нас ждет солнце и свежий воздух, а в конце прогулки Ян.

Они двинулись к концу коридора, он уже не казался Дее таким темным. Проходя по залам и маленьким проходным помещениям, по галереям и винтовым лестницам, девушка поражалась оживленности замка. Повсюду сновали его обитатели, кто с корзинами и котомками, кто с кипой пергаментов, кто со склянками и другими непонятными принадлежностями.

И каждый встреченный ими человек, благоговейно склонял голову, приветствуя Вайеса.

Дея жадно впитывала в себя все образы, которыми было богато внутреннее убранство замка. Шпалеры и мозаичные полы, сводчатые потолки и искусная резьба по камню, массивные кованые люстры - вместо свечей в них мерцали кристаллы, рассеивая таинственное красноватое сияние. Внутри замок был столь же великолепен, как и снаружи. Древние мастера выполнили все со вкусом и чувством меры.