Змеиный крест

- Спасибо, что пришел, - тихо прошептала Алана с благодарностью. - Посиди со мной.

Она как во сне переплела свои пальцы с его, наслаждаясь теплом, и тут же вздрогнула от неожиданности, почувствовав острую грань кольца. Келлан никогда не носил колец. Она мигом проснулась, отталкивая чужую руку, которая - и теперь это стало очевидно! - была больше руки Келлана и на ощупь оказалась другой. Алана дернулась было вперед, но потеряла равновесие. Мужчина аккуратно придержал ее за плечи сзади, и когда Алана обернулась и увидела его силуэт на фоне светящегося неба, остатки сна выветрились из ее разума.

Кажется, она забыла, как дышать.

Даор Карион поправил свой камзол на плечах Аланы, а затем легко переступил ограждение и сел рядом с дрожащей девушкой. Алана боялась смотреть ему в лицо, и все же оно притягивало ее взгляд, будто светясь в ночном мраке. Его тонкие губы изгибались в легкой улыбке, но когда взгляд скользнул по рассеченной брови, улыбка померкла, а лицо стало ожесточенным.

Он протянул руку к ее виску, но Алана отклонилась, чуть не упав, и его пальцы не опалили ее кожу, как тогда в зале, когда герцог заправил ей за ухо прядь волос. Но зрение внезапно прояснилось, и мир больше не плыл перед глазами. Герцог Даор смотрел в ее лицо внимательно, не моргая.

Ее ладонь горела, и плечи, и спина. И камзол был ужасно тяжелым и вместе с тем уютным, как броня, и сбросить его показалось неуместным.

- Келлфер сказал, что ты будешь здесь. Ты и правда под защитой Приюта.

- Я приняла вас за другого человека, - шепотом начала оправдываться Алана, пытаясь придумать, что же делать дальше. - Пожалуйста, простите.

- За что? - Он задал этот вопрос мягко, почти ласково, и Алана порадовалась, что ночь скрывает ее румянец.

- Ну... - Она сразу не нашлась, что ответить. За то, что терлась о черного герцога, как кошка? - За то, что схватила вас.

И снова улыбка тронула его губы.

Он ничего не ответил.

Алана запоздало подняла руку ко лбу, чтобы прикрыть уродливую ссадину, и внезапно поняла, что бровь не щиплет, как раньше, вместо этого кожа едва ощутимо пульсировала теплом, и в этом тепле не было и примеси боли. Она ощупала лоб: раны не было, шрама на ее месте - тоже.

Ничего себе!

- Вы вылечили? - не сдержала она удивления. - Когда? Вы же не шептали. То есть спасибо, - опустила Алана глаза.