Танец на ножах

Ашира… Её цели казались туманными, но крайне пугающими. Я боялась, что не смогу выжить, балансируя на грани чужого безумства.

Но к тому моменту… Всё уже было решено.

Десять дней с момента поджога реестра. Именно тогда случилось то, о чём я боюсь вспоминать и по сей день.

Пробуждение ранним утром в опостылевшей комнате, пропахшей нафталином… Запястье до сих пор обжигала фантомная боль. Я протерла глаза и со вздохом встала, переодеваясь в очередное платье с отвратительными розовыми рюшечками.

В последнее время Избраннице особенно нравилось, когда на мне был розовый цвет.

Но где же Маргарет? Обычно, она приходила и начинала шуметь за дверью, а потом довольно грубо расталкивала меня. Особенно в тех случаях, когда Ашира хотела увидеть «дочурку»… Тогда на мою голову даже могла политься ледяная вода из кувшина. Но на сей раз было тихо. Слишком тихо.

Я нахмурилась и, потоптавшись на месте, несмело направилась по длинному тёмному коридору к выходу из флигеля. Порой казалось, что по углам копошатся крысиные стаи… Нет-нет, их же потравили.

Флигель вызывал слишком неприятные ощущения, поэтому я стремилась выбежать на улицу, сделать глоток свежего воздуха. Но стоило мне приоткрыть тяжёлую дверь, как послышались… Крики. Нечеловеческие, ужасные, громкие вопли вперемешку с жалостливыми мольбами.

Они исходили из серого особняка, будто люди, находившиеся там, плавились в бесконечной агонии. Словно с них кожу живьём сдирали…

Мороз прошёлся по спине, оставляя дорожку из липкого пота.

Я сглотнула и почти панически скрылась во флигеле. Сердце стучало, как сумасшедшее. Что происходит? Неужели, Избранница окончательно обезумела и учинила массовую расправу?

Я не знала. Но мне не хотелось проверять это на своей шкуре. Инстинкт травоядного зверя заполз в сознание, панически упрашивая меня сбежать. Скрыться… Спрятаться.

Да, нужно срочно найти укрытие, иначе жуткая агония особняка доберется и до меня!

Я побежала по коридору, которые искривлялся в моих глазах, захлестывался сумасшедшей петлей.

Многие комнаты были заперты, но кладовая и кухня – открыты. Ведь там до сегодняшнего дня часто хозяйничала Маргарет.

Я спряталась в шкафчике, где-то рядом с вонючей крупой. Спряталась, сжалась, словно мышка… Обняла коленки, пытаясь успокоить слишком громкое биение сердца. Глаза закрыты. Так я не увижу зла.

Чутко прислушиваясь к шорохам и звукам, я мысленно считала, лишь бы не окунаться вновь в предательскую панику.