Берег птицелова

Мег-Дал не довёл дело до конца, мразь!

На лестнице послышались шаги. Ур-Вар выругался про себя тем самым словом, от которого в этом сопливом местечке все падали в обморок. Стащил куртку, рубаху и штаны с портянками, запихал одежду под соломенный матрац. Рядом уже хлопали соседние двери. Он протянул руку, но до окна не дотянулся, тогда он оперся на кулачищи, резким жимом скинул себя с кровати вниз, шлепнулся задом об пол. Ощутил в копчике боль — значит зад еще жив. Уже что-то.

Как смог, на руках дополз до окна, отыскал щеколду, сцарапал ее кривыми ногтями с медного шпингалета, распахнул стекла наружу.

Когда обыскивающие Молочный Хутор гвардейцы ворвались в угловую комнату на втором этаже, они увидели на залитом лунным светом полу большущую птицу: черную, тонкошеюю, кривоклювую, с мерзким всклокоченным оперением.

Птица каркнула пронзительно злобно, расправила широкие, облезлые крылья, криво оттолкнулась от пола... Неуклюжий взмах, и она взлетела, боком втиснулась в открытое окно и, оставив на оконной раме ободранные перья, упала куда-то вниз, а потом, тяжело и неловко поднялась над лесом, быстро растворяясь во тьме.

Морок над овином рассеялся только на следующую ночь. Угрюмые феи постарались. Они первыми нашли сваленных друг на друга и присыпанных соломой убитых хуторян. Пятнадцать душ. Отдельно от всех лежал, закатив к небу глаза, рыжий мальчишка в окровавленном поварском переднике.

Угрюмые феи исправно совершили все свои обряды слез и песен, а после наворожили живым людям манящую тропинку.

Первый отряд гвардейцев вернулся к Тигилю ни с чем. Но после впечатляющей истории с серными ведьмами, отправив друзей в путь, начальник Белой Гильдии снова собрал отряд гвардейцев и уже по дневному свету да по выпавшему снегу, отправился на Молочный Хутор. Пошерстить повнимательнее и разобраться, наконец, с творящейся ведьмовщиной. Тут-то, по резкому запаху погребального меда, они и обнаружили за овином припорошенные снегом трупы.

Заново обыскали хутор, перевернули все вверх дном и нашли в дальней комнатушке под матрасом бандитскую одежду, а подле окна на полу — ободранные птичьи перья. Тигиль Талески вызвал к себе всех, кто был здесь в ту ночь и вытряс из гвардейцев историю о черной птице. Все сошлось. Следовало тотчас предупредить Эмиля, а потом искать. По всей округе, по всему королевству, днем и ночью, особенно ночью, искать чернокрылых оборотней-убийц.