Берег птицелова

Она улыбнулась, сама себе, очень осторожно, чтобы не обмануться в этом прекрасном чувстве.

(конец первой части)

Иллюстрация таинственного художника

Глава 21 Подарок моря

Часть вторая

Чогер долго и безуспешно толкал лодку носом. Толкнет к берегу, а волна — обратно. Выбился из сил, рассвирепел, дал по корме хвостом как следует — тут лодку, наконец, перебросило через береговые волны и вынесло на мель.

Слава Вечной Горе! А то уж думал, не свезет. Лодка в хозяйстве всегда пригодится, да и, потом, внутри лодки что-то болталось, какой-то груз.

Не рыбак, нет, что-то в треть веса. Может, снасти. Хорошо бы они, не помешали бы.

Нынче луностояние выдалось штормовое. И хлопоты лишние, и добычи в неспокойной воде с гулькин нос. А тут еще как назло повредил плавник — крепко припечатался о скалу при нырке. Сутки плавал, капая черной кровью. Болело, конечно, но пустяки. Главное, чтобы не заражение. В море подорожник не приложишь, в море лечит соль. Чогер терся раной о солевые кристаллы, благо, знал, где найти.

Повстречал стайку макрели, с голоду не помер, повезло. Когда луна пошла на убыль и Чогер понял, что может возвращаться, то ни минуты не медлив, поплыл к берегу, предвкушая жаркую печь и долгий сон в тепле, намереваясь выкликать Ливану и взять у нее за услугу лечебные травы.

Тут-то он и приметил пустую лодку, бьющуюся об утес. Дотолкал мощной мордой до береговых волн. Другой бы бросил, но Чогер — упрямый, потому и дожил почти до сорока, а не сдох в рыбацких сетях, как многие из его рода.

Чогер доплыл до мели, вполз на песок мягким чешуйчатым пузом, тут и перекинулся — долго, муторно, как всегда. А как перекинулся, тотчас ощутил кожей ледяную воду и боль в руке. Да, рана плохая, рваная, на предплечье порвана мышца, четвертый палец не гнется. Вот же ведьма морская, умудрился вляпаться!

Холод сразу пронзил его голое, большое тело, вцепился в лохмы мокрых волос, а штормовой ветер обжег спину и зад. Мужик выругался, прихватил здоровой рукой лодку, которую уже потихоньку смывало с мели обратно в море, и поволок добычу в свой грот, где ждали одежда, аптечка и курево, и где можно было немного сбить табаком опостылевший рыбий запах.

Темной осенней ночью луна то пряталась в рваных облаках, накрывая мраком морской берег, то появлялась в просветах, выхватывая скалистый пейзаж, лишь на короткое время показывая дорогу. В такой миг Чогер оглядывался на лодку, стараясь рассмотреть груз, но холод гнал его, голого, к гроту, а луна только дразнила.